Да, я жалел себя.

Это послужило причиной, почему я схватил Вебера за грудки и притянул к себе, сталкивая нас шлемами. Его глаза расширились, потому что я удивил его до полусмерти. Да я удивил сам себя. Я слышал свой голос как-будто со стороны, извергая все, что накопилось внутри за последние несколько недель.

– Слушай сюда, ты, маленькое дерьмо. Это временно. Понял? Ты вернешься на скамью запасных, как только мое колено придет в строй. И я надеру тебе задницу. Понял?

Как только я произнес эти слова, то сразу же почувствовал себя дерьмом, но пути назад уже не было. Вебер оттолкнул меня прочь и вернулся в первоначальную позицию.

– Ты это сейчас серьезно, бро? Ты хочешь сделать это?

– Самски, тащи свою задницу сюда, - тренер рявкнул в десяти ярдах от нас.

Я отстранился от Вебера и направился к тренеру, стараясь вести себя так, как-будто ничего не случилось.

– Да, Тренер?

– Ты на сегодня закончил. – Его взгляд был грубым, и я знал, что это не вопрос, но это не остановило меня от попыток.

– За что?
– Я махнул рукой в сторону Вебера, который уже был на позиции, принимая мяч у квотербека.
– Тренер, мы просто трепались. У нас с Вебером все хорошо. Спросите его.

Я был уверен, что Вебер поддержит меня в этом. Футбол - вспыльчивая игра. Это не первый раз, когда кто-то выходил из себя на поле и срывался на других. И не последний.

– Мне плевать на это. Ты хромаешь, сынок. Пойди и найди Боба. Я буду там через несколько минут.

Я хотел поспорить еще, но какой в этом смысл? Я не смог бы доказать, что он не прав. Так что я ушел с поля в раздевалку с камнем на сердце.

Когда я сел на стол терапии, у Боба не заняло много времени, чтобы осмотреть мое колено и вынести мне вердикт.

– Я не собираюсь приукрашивать. Колено выглядит хуже, чем должно выглядеть на данный момент, Кэл.

– Вы думайте? – сказал я с горьким смехом.
– Черт, Док, вы окончили медицинскую школу, чтобы сказать мне это?

Он посмотрел на меня жалостливым взглядом.

– Какого черта значит этот взгляд?
– Я наорал на него. – Я вышел из строя? Просто скажите мне прямо. Я имею в виду, черт возьми, загнанных лошадей застреливают, не так ли?

Боб начал трясти головой, но пришел тренер.

– Давай, Самски, тебе просто нужно…

– Отстранить от игры. Проверить. Успокоиться. Проверить. Я делаю все, но это не помогает, - я немного успокоился, натягивая штанину на колено.
– Может быть, мне нужна помощь реальных физиотерапевтов из города, вместо того, чтобы взвалить все на студента.

Боб поднял брови и спокойно спросил:

– У тебя возникли проблемы с Би, Кэл?

– Да, - промямлил я.

У меня были проблемы со всеми на тот момент. Но как только я произнес слова вслух, то сразу, же захотел забрать их обратно. Би этого не заслужила. Как ни Вебер, ни Боб. Я же, наоборот, заслужил все происходящее со мной дерьмо, включая это чертово колено.

Мужчины переглянулись, а затем тренер наклонился, касаясь моего плеча.

– Мы пока оставим все как есть. Ты же берешь перерыв и обдумываешь, как вести себя дальше и свое место в этой команде.

Он был так разочарован во мне, что это было как удар под дых.

– Мы провели великолепную серию матчей, Кэл. Ребята видят в тебе лидера. Если ты не можешь играть прямо сейчас, но, по крайней мере, позволь ребятам делать это. Хорошо?
– Он показал на меня, покачав головой.
– Это не ты. Позанимайся со своим физиотерапевтом сегодня, как запланировано, и запрись где-нибудь один, когда закончишь. Мы поговорим о том, как действовать завтра, как только ты отдохнешь. Понял?

Я не ответил, мой мозг зацепился за слова, которые заставили меня лихорадить.

Мы провели великолепную серию матчей.

Тренер явно чувствовал, что эта серия подошла к концу. Что означало, что я закончил. Они просто не хотят произнести мысли вслух о том, что мое колено никогда не восстановится надлежащим образом, чтобы играть.

Я провел остаток тестов Боба в тишине, не сводя глаз со шкафчика передо мной. Ребята пришли и помылись после тренировки, а я просто сидел там, на скамейке, не обращая внимания на их взгляды.

Вероятно, они говорили гадости про меня из-за инцидента с Вебером, но я не винил их. Но я не хотел извиняться. Кровь все еще бурлила по венам. У меня никогда не было столько злости внутри, не имея возможности ее выплеснуть. До травмы, я выплескивал всю ярость в футболе. Я просто бы отвлекся с приятелями, и проблема волшебным образом решилась бы сама.

Но время ушло, и вряд ли все встанет на свои места снова.

Я не знаю, как долго сидел в неподвижной позе. Но когда снова посмотрел вверх, то обнаружил, что в раздевалке пусто. За исключением Би, которая пришла на наш запланированный сеанс терапии.