Шрифт:
– Молодец!
Затем извлёк небольшой блок, закинул в рюкзак.
– Это я возьму с собой.
– Дядя Миша, что там?
– сказал Тоша.
– Люди, мёртвые...
– И я там тоже?
– Да ты достал!
В этот самый миг, что-то зашевелилось. Фридман резко повернул фонарик, и увидел перед собой белое лицо с глазами навыкате. От сильного толчка его влепило в стену. По руке что-то больно ударило, пистолет вылетел и звякнул, стукнувшись о стальной пол, после чего две ручищи мёртвой хваткой сомкнулись у него на горле.
Извернувшись, Фридман взялся за вражью конечность, и ловко вывернул её, заломив противнику за спину. Рывком уложил на пол, влепил кулаком по затылку. Добавил...
Тяжело дыша, повёл фонариком, ища пистолет. Затем посветил в салон, с ужасом представляя, как будет прорываться, если они ВСЕ оживут.
– Что там, дядя Миша? Что там?
– Да тихо ты...
Покойники сидели на месте, даже не пытаясь встать. Дёргался только этот, понемногу приходя в сознание. На шее у него висела кислородная маска.
Фридман зло выругался на себя и свои детские страхи. Покойников, блин, испугался. Смех и грех!
– Свои! Дурень!
– крикнул он нападавшему.
– Очнись!
Тот замер, перевернулся со спины на живот, прищурился.
– Простите!
– глухо сказал тот.
– Это я зря...
– Вот уж точно...
– рыкнул Фридман.
– Ну что, бузить не будешь?
– Незачем.
– Ладно... Ты кто такой?
– Майор Кротов!
– громко сказал тип.
– Истребитель! Майор Кротов...
– Я не глухой, - Фридман убрал пистолет в расстёгнутую кобуру. Отошёл назад, позволяя незнакомцу подняться.
– Дядя Миша!
– тревожно сказал Тоша.
– Приближается какой-то корабль. Не наш! Уходите оттуда!
– Чёрт!
– выругался Фридман и повернулся к незнакомцу.
– Пошли быстро!
***
Плоский похожий на клопа шлюп заложил лихой вираж и приземлился на краю кувшинного поля, на безопасном расстоянии от возможного пожара. После чего практически сразу взлетел. Причина такой прыткости стала понятна, когда в небе появились три шустрые ракеты. Маленькие убийцы, оставляя дымный след, помчались за шлюпом. Тот отчаянно кувыркаясь, пытался уклониться от встречи и ушёл за вершину холма.
Спустя всего ничего из-за горизонта вынырнули "авторы" ракетного залпа - два штурмовых вертолёта. Догнать шлюп они не могли, но старались удерживать дистанцию, чтобы расстреливать его ракетами.
Вскоре и они скрылись.
Проводив всю эту компанию взглядом, Фридман выбрался наружу, включив бинокль. Десанта тут только и не хватало! В следующий же миг блеснул луч, металл рядом с Фридманом засветился красивым алым свечением...
– Тоша, они нас зажали! Ты их видишь?
Тоша тяжело вздохнул, закашлялся. Потом хрипло сказал:
– Нет.
– Здесь хреновая связь, выезжай на соседний гребень и сообщи о десанте. Только быстро!
– Дядя Миша, я без вас не уеду!
– Не дури! Они в корабль не пролезут. Делай, что говорю!
– Я без вас не уеду!
– Это шестой!
– послышалось в наушниках.
– Патруль, мотайте оттуда! Заметны три десантных шлюпа. Могут быть "осы". Мы тут долго не пробу... Это шестой! Патруль... патруль!
– Ты дурак совсем?
– влез Фридман.
– Поубивают всех тут, езжай за...
Тоша молча, выключил радио, слушая тихое потрескивание в наушниках. Где-то бушевал грозовой фронт. Да он и сюда придёт с часу на час. В салоне было темно, только мониторы слегка освещали его лицо бледным мёртвенным свечением, отчего оно казалось немного мультяшным. Тошу сильно трясло, по лицу катился пот.
– Это... хуже смерти - шептал он, глотая воздух.
– Хуже!
В этот момент сработал датчик движения. Камера автоматически выявила мелькнувшего богомола. Тот уже пропал, укрывшись в "кувшинах", но умная камера распознала в нём вражеского пехотинца и сделала фото.
Он был скорее похож на переодетого актёра из малобюджетного кино, чем на известное насекомое. Ноги слишком походили на человеческие. Правда, у него все шесть конечностей были ногами. И поэтому ходить он мог как "по-человечески", так и на шести ногах. А мог и на четырёх, а двумя другими стрелять или сражаться. Эта гадость оказалась кошмаром городских боев, ибо могла передвигаться где угодно с любой скоростью, имея при этом от двух до четырёх свободных для драки конечностей. Сходство с богомолом ему придавала треугольная голова с огромными глазищами и шипастые верхние руки, с изрядно вытянутой кистью.