— Хорош пускать слюни, — полицейский нахмурился и убрал оружие обратно в кобуру. — Вам все равно не угадать.

Теперь я просто обязан угадать, ведь если у Слая не будет расщепителя, он не сможет одолеть того бионика, что напал на Риту! — подумал Хаджи. — Вот я и вляпался.

— Взгляни на это по-другому, — донесся до него мысленный голос Есть. — Ты уже был здесь, а значит, тебе под силу угадать его имя.

— Ты издеваешься? — мысленно возопил Хаджи. — Откуда я знаю, как зовут этого придурка?!

Бионик молчал.

— Или постой, — Хаджи начал кое о чем догадываться. — Раз я из настоящего уже был здесь, значит и ты был со мной, верно?

Есть хмыкнул в знак согласия.

— И раз ни Слай ни я не знаем, как его зовут, значит это знаешь ты!

— Откуда, Хаджи? — бионик искренне удивился. — Я ведь не всевидящее око. У меня нет ни глаз ни ушей, лишь только структура, способная воспринимать твои нервные импульсы.

— Но что же мне делать? — Хаджи был готов сесть на пол камеры и завыть от отчаяния.

— Вспоминать, — сказал Есть. — Именно этот полицейский арестовывал вас вчера ночью, именно он вел вас в камеру и именно в этот момент ты слышал его позывные по рации. Просто напряги свои мозги!

Позывные, позывные… — начал припоминать Хаджи. — Да, я слышал, как по рации к нему обращался какой-то голос.

— Ленни, Леонард, Лестрейдж, Лемони… — продолжал бормотать Слай, пытаясь, что называется, попасть пальцем в небо.

— Брат, — позвал его Хаджи. — Можешь помолчать ровно одну минуту? Без обид, ладно?

Слай лишь махнул на него рукой и завалился на свободную койку.

Чувствуя себя на грани вселенского инсайта, Хаджи сел прямо на пол и принялся вспоминать.

Это имя показалось мне странным, — подумал он. — Даже смешным, вот только почему?

Часы на руках безымянного полицейского отчаянно тикали, неумолимо приближая время отправления поезда.

Джон, Джек, Джиллиан… — вертелось в голове у Хаджи. — Нет, эти имена слишком обычные.

Слай заворчал что-то себе под нос и повернулся на другой бок.

Его имя показалось мне странным потому, что… — Хаджи казалось, что он вот-вот нащупает почву. — Потому что оно было женским!

Да! Тот мужчина по рации назвал его женским именем! Должно быть, именно поэтому полицейский так уверен, что никто и никогда не угадает его!

Дженни, Дженифер, Джеки… ну же, подскажи мне, Есть… да вот же оно — Джессика! МАЙОР ДЖЕССИКА!

Последнюю фразу Хаджи едва ли не прокричал.

В камере немедленно воцарилась мертвая тишина. Слай перестал обиженно сопеть, алкаш на соседней койке — храпеть, а полицейский с самым женственным именем на свете — листать свою газету.

Он не стал задавать лишних вопросов, просто отпустил Хиггсов под честно слово поскорее убраться из Бруствера.

— Вы забыли еще кое о чем, майор Джессика, — Хаджи пристально поглядел на его кобуру. — Вы же не хотите, чтобы мы натворили еще что-нибудь?

Слай улыбнулся во все зубы: с момента знаменательного клича Хаджи его настроение было чуть больше, чем просто превосходным.

Скрежеща зубами, майор отдал Хаджи молекулярный расщепитель. Положив его в чемодан Слая, тот незаметно щелкнул пальцами: пора было возвращаться, иначе головная боль грозила взорвать его черепную коробку, подобно водородной бомбе.

— Может, все-таки объяснишь мне, что там произошло? — спросил Хаджи у Есть, когда наконец пришел в себя. — Я что, создал какую-то временную петлю?

— Если смотреть на время с точки зрения людей — то да. Поскольку с точки зрения биоников — ни прошлое, ни уж тем более будущее не стабильно, — философски заметил Есть.

— Получается, никому не известно, спасу я Слая или нет? — продолжал Хаджи.

— Известно. Я вижу три самых популярных варианта развития событий, — сказал бионик. — И с каждой секундой шансы двух из них уменьшаются, а одного возрастают.

— Не поделишься? — поинтересовался Хаджи.

— Не поделюсь, — ответил бионик, и парень почувствовал, что этот злодей мысленно ухмыльнулся. Если такое, конечно, было возможно. — Ты человек и должен принимать решения как человек.

— Это как?

— Это как будто будущего нет, и ты сам строишь его своими решениями и поступками. Примитивно, конечно, но такова ваша человеческая логика.

Хаджи едва не задохнулся от возмущения.

— Примитивно?! То есть ты у нас, получается, высший разум, а я просто чертов примат?