Примерно к обеду Олеся собиралась на прогулку с братом. Красилась, надевалась, только не по погоде. Она смотрела на людей, которые уже ходили на улице. Но не поймёшь, холодно или тепло. Одни то в свитерах, другие в шортах, а третьи вообще в тулупах! Стрелки не получались симметричными на обоих глазах, потому девушка решила их стереть с помощью средства по удалению макияжа. Следов от кривых чёрных линий не осталось. После этого на бледные веки нанеслись бледно-лиловые тени, а сверху покрылись блёстками. Брат обещал познакомить её с важным человеком, который изменил всю его (уже такую опытную) жизнь, принёс краски и скрасил серые будни. Олеся не стала интересоваться и задавать глупых вопросов, потому что знает, что закидвет ими при встрече. Волосы решила распустить, а поверх, на макушку, надеть розовую шапочку-беретку.

Она прекрасно подходила под пальто, которое было тоже розового цвета, только намного светлее. А ещё шею приукрашал широкий и длинный голубой шарф, он был тонок и в плотности не блистал, зато красиво! А говорят, что май обмануть может. Не зря говорят, ну, про погоду. Ведь она с одной стороны пусть и солнечная, но с загадками и сюрпризами в виде внезапного ветра. Девушка была готова выходить, брат её ждал уже минут десять около подъезда, в машине. Ей никогда не нравились гетры, но сегодня она зачем-то захотела их надеть на чёрные колготки. Асфальт был сухим. Потому и чёрные ботиночки были очень кстати. Спустившись вниз, Олеся подошла к машине и с третьего раза открыла дверь машины. Ей нравилось сидеть впереди, командовать, выслеживать весь обзор и обстановку. Ещё она предупреждала, где едет машина. Рома предупредил её, что уезжает на праздники с родителями в сады, но та не расстроилась, наоборот, пожелала, чтобы он хорошо их провёл. Самой же хотелось отоспаться дома, но не получится, ведь брат приехал домой. Тот был похож с Костей — такое же шило в одном месте.

– Каши мало ела?
– улыбается Пётр, заводя машину. Он успел прослушать дневное радио, даже новости города на сегодня. Оба пристегнули ремень безопасности и начали путь. Автомобиль двигался в неизвестном направлении для Олеси, но она чувствовала себя в полном спокойствии с братом, доверяла ему. Однако, он хотел её позвать «бухать с пацанами с французского факультета», на что девушка эмоционально и резко отреагировала, отказала и заперлась в комнате. А когда увидела фотографии со своеобразного корпоратива, так вообще смешинку словила. Парни там все смазливые, большая часть в очках ходит, да ещё и мартини вместо водки подтягивают.

Но сегодня даже у Петруши было особенное настроение, ведь он хочет познакомить и сблизить двоих девушек, без которых он не представляет свою жизнь. Они подъехали к какому-то ресторану, где часто ошивался брат со своими спонсорами и партнёрами. Предупредил, чтобы сестра лобстеров не заказывала, иначе платить откажется.

Вид с балкона был неописуем. Ощущение, что природа рождается по новой, не покидало не на минуту. Эта атмосфера была даже внутри, в квартире. Телевизор бессмысленно о чём-то трещал, о том, как температура значительно увеличилась в пользу тепла, правда, ветер никуда не делся.

Владислав с самого утра читает книги, правда, ни одна строчка в голову не лезет и не хочет пониматься. Всё потому, что душа другого просит — свободы, тишины. Меньше месяца до экзаменов, готовится, вроде, нужно, да тревогу бить. Были бы экзамены где-нибудь в феврале, там же гулять не тянет, сиди дома, сколько хочешь. А здесь романтика, тепло, вечера без ветра, закаты багровые. Юноша беседовал с отцом на тему лесозаготовок, поскольку в городе уже скоро начнется съезд на лесоповал, дабы деревьев нарубить, да на бумагу пустить. Ну, не только, конечно. Грустно было, но что поделать, человечество на природе только и существует. Владислав собедал, помог маме с уборкой. И он нашёл свой детский альбом с листьями, которые срисовывал с настоящих. Там были и осенние, и весенние, и летние. Вдохновение пробудилось. Захотелось тоже на улицу пойти, а что дома сидеть? Друзья уехали бухать к кому-то на дачу, Костя тоже уехал, дома кот нагнетает. Накинув на себя верхнюю одежду, парень зашнуровал кеды и потропился выйти из квартиры. В подъезде было довольно тихо сегодня, на первом этаже обычно шпана малолетняя собирается, майнкрафт обсуждает. Сегодня, наверно, по бабушкам развезли, «откармливать». Улыбка на лице Влада не торопилась куда-то уйти, скрыться, было незачем. В руках, подмышкой он придерживал старый альбом, несколько карандашей разной мягкости. Чёрное пальто было некстати под свежий зелёный вид, выглядело на этом фоне как вестник погибели. Однако, в чём по улицам бродить в законах не прописано. Вокруг пели птицы, пусть их и приглушал звук мотора машин, их сигнализации. Природу ничем не испортишь, так и останется могущественной. Однажды и отомстить сможет. Владислав прошёл два квартала, предпочитал не идти напрямик, а обходить через свои собственные лабиринты гаражей и домов.

Он знал город как облупленный. В парках было тоже очень красиво, уже работали фонтаны, только вода жутко холодная. Скамейки оттаяли после долгого льда и снега, можно посидеть со спокойной душой, полюбоваться городской природой. Кустарники пока не расцвели, из земли торчат лишь тонкие ветки и стебли. Владислав вздохнул, ловко увалился на одну из лавочек. Огляделся. Ему захотелось запечатлеть на бумаге, как распускаются бутоны на здешних деревьях. На них тоже растут цветы, а потом, по всей видимости, какой-то плод. До него было ещё далеко, чашечки только раскрывались. Влад черкнул простым карандашом по белой бумаге. Он уже отвык рисовать таким способом. Дня него родными считались краски. А теперь ещё графический планшет. Сначала на альбоме появился эскиз, на другой странице новые очертания, более четкие. Был очень тепло. Правда, с черными волосами уже играл ветер, иногда завывал, как одинокий волк на полнолуние. Солнце не думало пока садиться, рановато для заката. Равнодушные прохожие шли мимо, болтали по телефонам, друг с другом, жизнь кипела.

– Блин, да мам, я говорю тебе, что брал!
– кричит со своей комнаты Костя, копаясь в чемодане. Взгляд нервно бегал по вещам, которые летали из содержимого по всему помещению.

– Костик, успокойся. Ничего страшного, у папы заряжу в машине, -отозвалась мама, уже наводя привычно для себя порядок в доме. Родители навещали дачу зимой, но за это время пыли накопилось — будь здоров.

– В смысле ничего страшного?! Я говорю тебе, что брал эту хренову зарядку!
– сын любил раздувать из мухи слона, закатил очередную истерику, сопровождающая эмоциями. Чемодан был собран обратно, а вот в своём рюкзаке юноша посмотреть не удосужился. Когда безобидная сумка попала в поле зрения этого монстра, то тут же была растерзана, -НАШЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЛ!!!

Роман в это время занимался практически тем же. Возился в багажнике, распределял, в каком ведре мясо говядины, а в каком свинины. Не мог отличить. Родителей звать не вариант, они сами попросили под ногами хоть раз не путаться и сделать что-то толковое. Но, видимо, и здесь без их помощи не обойтись. Чёрный багаж был открыт, хотелось вместе с мячом завалиться туда же, заснуть, наслаждаясь природой… И запахом мяса, которое испортится, если его не убрать. Заготовки на шашлык были сделаны ещё дома. Ну, по русским традициям, без шашлыка никаких майских праздников не существует. Русоволосый отвлекся, на телефон стали приходить СМС, которые не дошли во время поездки.