Джилли хмыкнула:

— Это ставит нас в довольно неловкое положение. Одно дело — вчерашний ужин, но Адам не придет в восторг от того, что Джек потратил на подружку столько времени, оплаченного «Максимумом».

— А что нам остается делать? Разве что похитить Джека и запереть его в номере. Может, так даже лучше.

— Значит, мы на весь день остались вдвоем, — сказала Джилли, чуть порозовев.

— Похоже на то, — согласился Мэтт, подходя к Джилли.

Он не остановился, пока их тела не соприкоснулись от груди и до колен. Сердце Джилли забилось еще сильнее. И тут Мэтт накрыл ее губы поцелуем, который…

…Имел явственный привкус шоколада.

Глаза Джилли распахнулись, она оттолкнула Мэтта.

— Что ты делал, пока я мылась?

— Ничего, — быстро ответил он. Слишком уж быстро.

Джилли принюхалась:

— От тебя пахнет шоколадом! И губы у тебя на вкус шоколадные! Ты ел мой мармелад в шоколаде!

— Ну, Джилли…

— Никаких «ну, Джилли»! Там оставалась всего одна конфетка! Если ты ее сожрал, я с тебя последние штаны сниму!

— Незачем, я и так без штанов.

— Ну… тогда ты с меня больше ничего не снимешь.

Мэтт зацепил пальцем полотенце, которым была обмотана Джилли, и потянул на себя. Полотенце упало на пол.

— А на тебе и так ничего нет.

Мэтт одним движением стянул с себя трусы и остался в чем мать родила.

— И на мне тоже.

Во рту у Джилли стало сухо, когда она посмотрела на него: высокого, мускулистого, возбужденного. Прекрасного, как только может быть прекрасен мужчина с мокрыми после душа волосами. Мэтт обнял Джилли и потерся членом об ее живот.

— Я съел только половину твоей мармеладки в шоколаде, — объяснил он. — Поедем в город — купим еще.

И он, наклонив голову, облизнул напрягшийся сосок Джилли — словно это был леденец.

— Ты думаешь… мы сегодня выберемся из комнаты? — игриво промурлыкала Джилли. — Кажется, от долгого воздержания я сделалась совершенно ненасытной.

— Горе-то какое. — Мэтт провел языком по ее шее и прикусил мочку уха. — Я тоже никуда не хочу идти, но придется: у меня остался последний презерватив. Ты поделилась со мной последней конфетой, а я поделюсь с тобой последним презервативом. Что скажешь?

Джилли обвила его шею руками.

— Скажу, что делиться — это хорошо.

Сидя за угловым столиком, за которым они с Джилли только что доели пасту с фрутти ди маре, Мэтт смотрел, как Джилли через весь зал направляется к двери с табличкой «Комната отдыха». Когда она исчезла из виду, Мэтт спрятал лицо в ладонях.

Черт возьми, что же с ним творится? Рядом с ним умная, очаровательная женщина, которая дала понять, что в ближайшем будущем его ожидает еще один раунд сногсшибательного секса… Да он должен быть счастлив, как кот в сметанном королевстве!

«Твоя беда, парень, в том, что тебе слишком уж хорошо», — проинформировал его внутренний голос.

А ведь правда! Постель постелью, но Мэтт никак не ожидал, что с Джилли ему будет так хорошо не только в спальне. За завтраком обнаружилось, что они оба любят фильмы про Джеймса Бонда, мистические романы, джаз, зоопарки и острую тайскую пищу. Они держались за руки, смеялись, вспоминая о школе и колледже, о случаях на работе, о том, как встречали Рождество…

Мэтт и сам не понимал, как такое вышло, но где-то между пастой и второй чашечкой кофе он вступил в опасную зону, на границе которой стоял предупредительный знак: «Берегись! Впереди крушение надежд!»

Любой мужчина был бы счастлив такой удачей: уик-энд, наполненный беззаботным сексом с потрясающей женщиной — да еще без каких бы то ни было взаимных обязательств. А он, Мэтт, не чувствует себя таким уж счастливым — потому что в Джилли его интересует не одно только тело. И это чувство надо подавить в зародыше. Ему необходимо побыть наедине с собой, чтобы привести в порядок мозги. Да, небольшая передышка, час или полтора — то, что доктор прописал.

Достав сотовый, Мэтт набрал номер дежурного администратора «Шато-Фонтен», и, когда через пару минут Джилли опустилась за столик напротив него, ситуация уже была под контролем.

— Должен тебе кое в чем признаться, — сказал Мэтт.

Джилли вопросительно приподняла бровь.

— Пока тебя не было, — продолжал Мэтт, — я заказал нам обоим процедуры: мне обычный массаж, а тебе — косметический.

— Это что, намек? — изумилась Джилли. — Хочешь сказать, я плохо выгляжу?

— Боже упаси. Надо быть психом, чтобы делать такие намеки женщине с черным поясом по каратэ. Просто подумал, что тебе эта идея понравится.

Джилли взглянула на него с каким-то раздражением. Сделав глубокий вдох, она холодно произнесла: