— Не совсем.

— Тогда объясни, в чем дело.

Джилли ощутила сильную досаду: на Мэтта — за то, что вверг ее чувства в сумятицу, и на себя — за то, что позволила ему довести себя до такого состояния.

— Ну, он… пытается опекать меня. А ты знаешь, что я этого не люблю.

— Стало быть, он попирает твою независимость.

— Ага!

— А что он делает?

— Сегодня Мэтт предложил заплатить за ленч. А потом заказал для меня дорогой косметический массаж. Как будто я сама не могу заплатить за ленч или заказать массаж, если мне захочется!

— Ну конечно, можешь. Вот ведь негодяй какой. Настоящий мерзавец. Мне приехать надрать ему задницу?

Джилли раздраженно зажмурилась.

— Очень смешно. Нет, я понимаю, что это пустяки, просто это показывает, что он за человек.

— Внимательный и романтичный?

— Если помнишь, с Эроном все тоже начиналось очень красиво. А потом ему взбрело в голову, что я должна вращаться вокруг него, как Земля вокруг Солнца.

— Я еще кое-что помню. Кажется, в Эроне не было ни капли заботливости или романтичности — или я что-то путаю?

— Послушай, Кэйт, ты вообще на чьей стороне?

— На твоей, глупенькая. Просто мне не хочется, чтобы ты отказалась от человека, который, быть может, идеально тебе подходит.

— Мне никто не нужен!

— Так не бывает, Джилли. Женщине всегда нужен мужчина.

— В любом случае, Мэтт вовсе не мой идеал.

— Знаешь, в чем твоя проблема? — спросила Кэйт очень серьезно.

— Даже спросить боюсь.

— И правильно боишься, потому что ответ вряд ли придется тебе по вкусу.

Джилли вздохнула:

— Ладно, говори. Кто, как не лучшие друзья, призваны говорить нам неприятные вещи?

— Так вот, Джилли, я думаю, ты в расстроенных чувствах из-за того, что этот Мэтт и в самом деле тебе нравится. И ты боишься, что он тебе не просто нравится. Все поначалу боятся привязаться к кому-то, но у вас с Мэттом еще и карьерные осложнения. А для тебя карьера значит очень много.

— Можно подумать, ты мой психоаналитик…

— Нет. Просто я сама влюблена — и знаю, каково это.

У Джилли скрутило желудок.

— Господи, не смей произносить это слово! Это была бы катастрофа!

— Послушай, у меня с Беном было то же самое: когда я осознала, что влюбилась в него — до смерти перепугалась. Что было делать? Или пан — или пропал. Да, я поставила на кон свое сердце — но я ведь выиграла.

— Я не влюблена в Мэтта!

— Как скажешь.

— И скажу! Я просто ужасно зла на себя за то, что он мне нравится. И на него тоже зла — зачем он внушает мне симпатию. Вообще не хочу думать о нем, забыть — и все!

— Единственный способ забыть о мужчине — найти другого.

— Отлично. Как только вернусь домой, немедленно этим займусь. Ты ведь мне поможешь?

— Конечно, помогу. Ты посмотри — может, в отеле найдется кто-нибудь привлекательный.

— Хорошо, я посмотрю.

— Только я должна тебя предупредить, Джилли: этот твой план — найти другого мужчину — может и не сработать.

— С какой стати?

— Он не сработает, если ты влюблена в того, кого хочешь забыть.

— О, это не беда, ведь я не люблю Мэтта.

— Ну и славно. Ты будешь спать с ним сегодня?

— Конечно. Любви тут нет, но желание присутствует в полной мере. Давай заканчивать, он вот-вот должен появиться.

— Давай. Желаю тебе счастливо провести оставшееся время. Звони, когда приедешь домой. Мы составим список ночных клубов, куда можно будет пойти в четверг.

— Чудесно. Ну, до встречи. — Джилли выключила телефон и убрала его обратно в сумочку.

Чудесно? Джилли тяжело вздохнула. Ах, если бы! К сожалению, перспектива похода по ночным клубам в поисках мужчины, который помог бы ей забыть Мэтта, ее вовсе не привлекала.

Мэтт шел к бару, чувствуя себя другим человеком, массаж и час без Джилли совершил чудеса: вернул мозги на место и помог восстановить перспективу.

Мысленно Мэтт набросал для себя план на оставшуюся часть уик-энда: сейчас они с Джилли встретятся в баре, выпьют по коктейлю, вернутся в номер, быстро позанимаются сексом, переоденутся и пойдут на обед с Джеком. Во время обеда он, Мэтт, попробует прощупать перспективы заключения контракта. Потом они с Джилли вернутся в номер. Секс, сон, опять секс, потом сборы и возвращение домой. А потом все пойдет как обычно. Чудесный план, сработает стопроцентно.