Я хлопнула дверью и побежала вниз по лестнице. Схватила бутылку чего-то с кухонной стойки и направилась прямиком к причалу, игнорируя свист байкеров, мимо которых проносилась.

Я миновала пылающий костер и пошла к воде. Уселась на край пристани и свесила ноги. Со злостью открутила крышку бутылки и швырнула ту в воду. Я обхватила горлышко губами и сделала несколько больших, жадных глотков обжигающей янтарной жидкости. Ее вкус напомнил мне чистый бензин, смешанный с очистителем стекол и с запахом хвои. Напиток обжег мне горло и желудок. Я набрала воздуха в легкие и продолжила давиться жидкостью, глотая огромные порции жутко пахнущего алкоголя. Я не останавливалась, пока не почувствовала, как тепло дурманом начало расползаться по моему телу.

Вытерла рот запястьем и посмотрела на воду.

Может, я и не знала, кем была в прошлом, но зато понимала, кем не хотела быть в настоящем: я не хотела быть слабой.

Я попалась на это. Попалась на его слова. Его тело.

Попалась на его крючок.

Я могла стать шлюхой, но я точно не позволю, чтобы ко мне относились подобным образом.

Возможно, он и был неисправимым Брэнтли Кингом для всех в доме и в городе, но для меня он только что стал последним ублюдком. Ублюдком, который считаные минуты назад разбил мое сердце.

Все было намного легче, когда я ненавидела его.

— Место свободно? — послышался глубокий голос. Я пожала плечами. Медведь уселся рядом со мной и подкурил сигарету. — Тебя что-то беспокоит, красавица?

— Нет, — солгала я.

— Я, может, и не знаю чего-то о какой-то х*рне, но могу сказать: если девушка убегает с вечеринки с бутылкой виски вместо компании, что-то явно ее беспокоит. Опыт подсказывает, что у этого чего-то есть член, — Медведь выпустил клубы дыма.

— Ты не совсем не прав, — признала я, переворачивая бутылку и глотая из нее, но на этот раз жидкость не обжигала.

— Полегче, девочка, — произнес Медведь, выхватив у меня бутылку и сделав затяжку. — Кстати, что происходит между тобой и Кингом? Ты принадлежишь ему? Потому что он явно смотрит на тебя, будто это так. И видя, что он до сих пор не убил тебя, я начинаю думать, что он к тебе чувствует что-то довольно серьезное.

Я потрясла головой:

— В данный момент он в своей мастерской принадлежит фальшивым сиськам какой-то брюнетки.

Слезы защипали глаза, но я отказывалась плакать из-за своей глупости.

— О, ясно, — ответил Медведь, возвращая мне бутылку. — Мальчик не ценит того, что находится у него под носом.

— Он явно не мальчик, Медведь. Я даже уверена, что Кинг старше тебя. И дело не в том, видит ли он то, что у него под носом. Ему просто насрать! — я была пьянее, чем мне казалось. Слова смелее слетали с моих губ прежде, чем я могла подумать о них. И любой фильтр канул в лету. — Что ты видишь, когда смотришь на меня?

Медведь посмотрел на гладь озера и почесал бороду.

— Я вижу ох*ительно прекрасную девушку, которая не должна зависать с такими парнями, как те, что собрались в доме. Или с таким, какой сидит сейчас рядом с ней. У нас плохие корни, крошка. А у тебя — хорошие. Я вижу это. Черт, любой на расстоянии ста миль смог бы увидеть. Тебе здесь не место. Это более чем очевидно.

— Мне здесь не место, — признала я.

Туман, выползавший из-за деревьев с другой стороны залива, начал стелиться над водой и с приближением щекотать щиколотки.

— Конечно, не место. Во-первых, тебе нужно выяснить, где именно твое место вообще. А потом уже понять, твое оно или нет.

Я не была уверена, знал ли Медведь мою историю с самого начала, но даже в моем случае его слова были излишне упрощенной версией ответа.

Я рассмеялась:

— Неужели? Ну, сегодня я отсюда исчезну, и мне некуда идти. Не хочу снова жить на улицах, но именно там и окажусь. Это тяжелее, чем принадлежать какому-то месту или не принадлежать… Пох*р, — произнесла я, услышав, как слова сливались в одно.

— Я не забыл, как говорил с тобой в ту первую ночь. Помнишь, что я сказал тебе о возвращении в клубный дом со мной? — поинтересовался Медведь.

— Да.

— Мне не стоило посылать тебя к Кингу. Надо было забрать тебя прямо с вечеринки и сделать своей прежде, чем Кинг смог бы добраться до тебя.

— А Кинг так и не добрался до меня, — выплюнула я. — Он добрался до себя, ну или, может быть, до дороги.

— Ты серьезно? Это в корне все меняет, детка, — ответил Медведь.

Улыбка коснулась даже его глаз, казавшихся ослепительно яркими и красивыми. Я была уверена, что за его бородой скрывалась настоящая красота, и даже самая пьяная часть меня хотела прильнуть к нему и посмотреть, выйдет ли эта красота наружу.