– Полседьмого, потом иду на ужин с родителями. Сегодня просто ужасный день.

– Как насчет пижамной вечеринки, эмм, в пятницу? На следующей неделе. В следующую субботу у нас сборы. Закатим Сверхъестественный марафон и будем наслаждаться видом Братишек Винчестеров.

Я поморщилась. Учитывая, что ко мне посреди ночи может завалиться спящий Эрик, я бы не осмелилась пригласить ее к себе на ночь.

– В следующую пятницу первый тур чемпионата штата, и я пообещала Торину, что приду.

– Ах, послушная девочка, - в ее голосе послышалась нотка зависти.
– Я слышала, ты ходила смотреть его тренировку.

Меня передернуло от осуждения в ее голосе. Когда она встречалась с одним футболистом, я дразнила ее по поводу походов на тренировки, а сейчас я сама так делаю.

– Я всего лишь час там пробыла, - сказала я в свое оправдание.
– Откуда ты узнала?

– Все, что делаешь ты и Торин, становится новостью.

Я скривилась.

– Можем позависать в субботу вечером. Посидим вечером с парнями.

– Ага, Эрик скорее будет торчать с парочкой пустоголовых девиц, чем проведет время со мной. Разве мы не можем посидеть вдвоем?

Мне нравилось засыпать в руках у Торина.

– Наверное.

Она сощурилась, и я поняла, что ей больно.

– Забудь.

– Это не значит, что я не хочу позависать с тобой. Хочу, просто каждую ночь ко мне в комнату прокрадывается Торин и держит меня в своих руках, пока я не засну.

У Коры отвисла челюсть.

– Это так романтично. Гадость, теперь я неоново-зеленая от зависти. Ох, я хочу знать все подробности, - затем она широко открыла глаза.
– Вы уже делали это? Боялась, что вас поймают родители?

Я засмеялась.

– Да, но он того стоит. И, нет, у нас еще не было, любопытная.

– Чего ты ждешь? Если бы он был моим, я бы уже давно набросила на него и... Ладно. Ты отмазалась от ночевки, но завтра ты моя, - она посмотрела на дом Торина.
– Или ты и завтра с ней занимаешься?

Я поморщилась.

– До семи.

Она снова скорчила мину.

– Надеюсь, она хорошо тебе платит.

Становление Бессмертной бесценно.

– Значит, встретимся завтра после семи. Можем поужинать вместе. Закажем пиццу там или еще что.

– Или сходим куда-нибудь. Нам нужно купить наряды на Хеллоуин.

На самом деле, мне не хотелось идти по магазинам. Я думала спросить Торина, захочет ли он ходить с нами и выпрашивать сладости, но так еще этого и не сделала. Обычно мы ходили втроем - Кора, Эрик и я.

– Я знаю, кто в субботу устраивает хеллоуинские вечеринки, - сказала она.
– Можем сходить на одну-две.

– Дрю нас уже пригласил на свою.

Она ухмыльнулась.

– Обсудим завтра, - она открыла дверцу машины и задержалась, прежде чем сесть.
– Ты видела Эрика?

– Я видела его на ланче. А что?

– Он раньше ушел из бассейна. На его спине были странные красные метки. Кто-то заметил и спросил его о них. Он выглядел, не знаю, испуганным, казалось, что ему хотелось побыстрее уйти. Он даже не сказал Доку, что уходит, - она затрясла головой.
– Безумно странно. В общем, увидимся завтра в школе, эмм, во время ланча?

Я покачала головой, все еще переваривая то, что она рассказала.

– Торин ненавидит школьные ланчи.

Она закатила глаза.

– Ну еще бы. Тогда позже.

Когда я возвращалась в дом Торина, в голове прокручивались образы спины Эрика. До десяти лет ее покрывали страшные выпуклые отметины. Они были похожи на красноватые родимые пятна, которые иногда можно увидеть у младенцев. Вот только у него они покрывали кожу от плеч до поясницы.

Я не могла сосредоточиться, и Лавания даже не скрывала своего разочарования.

– Твоя связь с этой Смертной...

– Кора. Ее зовут Кора, - сказала я.

– Твоя связь с Корой плохо влияет на твою концентрацию. Тебе необходимо порвать с ней.

– Она моя подруга, Лавания, - возразила я.

– Тогда выбирай, что тебе важнее. Твоя дружба с ней или наши тренировки. Нельзя получить все сразу, - она поднялась. Было только шесть часов.
– Закончим на сегодня, - она взяла мою и свою рунные книги и протянула их мне, ее неодобрение было очевидным.
– Возьми их и практикуй руны со следующих двух страниц дома. Можешь также взять свои артаво. И смотри, чтобы она их не увидела.

Я остановилась и закатила глаза. Она поступает нечестно и по-диктаторски.