Насмешливость исчезла. Теперь его взгляд был холодным и хмурым.

— Прошу прощения, что подверг твою чистую, отрицающую насилие душу своей отвратительной похоти. Спасибо, что привела меня в чувство.

Кара дернулась, точно от удара… не из-за самих его слов, а из-за того, чем они были вызваны. Она причинила ему боль. Почему-то мысль о том, что ему можно причинить боль, никогда не приходила ей в голову. Ведь он… Война. Конечно, она видела его уязвимость — после того, как исчез Хаос и когда был ранен Битва, но это было другое.

Злясь на себя за то, что не сумела заглянуть за его броню, она погладила его по щеке:

— Я не осуждаю…

— Нет, — прорычал он, уклонившись от ее прикосновения, — осуждаешь. Дай угадаю, ты всегда вся такая святая. Милая и ангельская. Человек. — Последнее слово он почти выплюнул. — А я? Я демон без всякой морали.

— Я этого не говорила. И я вовсе не святая, — пробормотала она, хотя отчасти такой и была. Но только потому, что оба ее возлюбленных не были такими «любителями приключений».

— Нет?

— Нет.

Этого говорить не следовало. В глазах Ареса вспыхнул озорной огонек, точно говоривший «я-докажу-тебе-что-ты-ошибаешься». Мужчина прильнул к уху Кары, и от его шепота по телу девушки вновь пробежали мурашки.

— Ты когда-нибудь занималась любовью, стоя на четвереньках? Тебя брали сзади? В душе, когда ты опираешься о стену, а мужчина вонзается в тебя сзади, и ты скользишь по плитке вверх-вниз? — Он прижал зубами мочку ее уха, и Кара со стоном выгнулась дугой ему навстречу. — Или ты сидишь на скамье, а он стоит на коленях и вылизывает тебя между ног? А может быть, ты сверху, сосешь его член, а он лижет тебя? Кара, ты когда-нибудь использовала мед? Горячий воск? Хлыст?

В голове у Кары замелькали эротические сцены. Дыхание у нее перехватило, голова кружилась, и она ничего не смогла ответить.

— Думаю, что нет.

Арес выключил воду, схватил со стойки с подогревом полотенце, закутал девушку, не дав ей воспротивиться, и повел в спальню.

У самой кровати она остановила его.

— Подожди. Я не понимаю. Зачем ты спрашивал меня обо всем этом, если не собираешься… ну, ты понял.

— Трахнуть тебя? — Глубоко в груди Ареса зарокотал смех. Кара только что заметила, что грудь у него гладкая и безволосая… так и хочется лизнуть. — Так вот чего ты на самом деле хочешь?

Да.

— Конечно, нет.

И правда, нет. Всё это уже зашло слишком далеко. Хватит с нее и тех проблем, что уже появились. Последнее, что Каре сейчас нужно, так это кем-нибудь увлечься. Особенно бессмертным полудемоном, брат которого хочет ее убить.

— Конечно, нет, — с горечью повторил Арес. — Ладно, неважно. Тебе всё равно не хватит сил, чтобы справиться с тем, что мне пришлось бы тебе предложить.

Опять он о ее слабости.

— Ты меня не знаешь. Ты не знаешь, на что я способна.

— Зато знаю, на что способен я. — Арес сорвал покрывало и подтолкнул девушку к кровати. — Ты была права, Кара. Я демон. В жизни я никогда не знал ничего, кроме боя. Битва, секс — для меня это одно и то же. Я трахаюсь, будто сражаюсь, пока мой партнер не взмолится о пощаде. Поверь мне, ты не захочешь в этом участвовать. Мне не стоило думать иначе. — Его руки легли на плечи девушки, и он толкнул ее на матрас. — Спи. Ищи свою собачонку.

Кара свирепо уставилась на него, потрясенная отказом, сама не зная почему. Она не хотела его. Единственное, чего ей хотелось, — это вернуть свою жизнь.

И ты хочешь вернуть ту жизнь… зачем?

Потому что в своей прежней жизни Кара могла рисковать остаться бездомной, но не умирала. Ее не преследовали демоны и зловещие легенды. Не было никаких сексуальных мужчин, доводящих ее до оргазма у себя в душевых.

Обескураженная тем, куда занесло ее мысли, она дернула на себя покрывало, повернулась на бок и уткнулась лицом в податливую мягкость подушки. Ее гнев утих, сменившись смущением.

— Ты принес мне подушку.

Арес непринужденно пожал плечами, но щеки у него порозовели.

— Тебе должно быть удобно, когда ты спишь. Чтобы найти гончую, — быстро добавил он и едва ли не бегом устремился к выходу.

Он смущался, когда делал что-то хорошее.

Кара смотрела ему вслед. На сердце у нее было неспокойно. Арес — суровый человек… ничего другого от древнего воина она и не ожидала. Но она видела, как он ухаживает за своим конем, за козленком. Ощущала его нежные прикосновения, чувствовала себя в безопасности рядом с ним. А еще он даже позаботился принести для нее подушку.