Стив огляделся, за месяц его отсутствия в офисе почти ничего не изменилось. Сквозь узкие щели в пыльных жалюзи пробивался тусклый свет, бросая на пол полосатые тени. Хилые вьющиеся растения нуждались в регулярном поливе, но о них часто забывали. На краю длинного переговорного стола из натурального дерева стояла открытая бутылка виски.

Стив взял в углу канистру с водой и обильно полил растения. Закончив, он вернулся и остановился напротив двери в кабинет Уэбса. Несколько минут он стоял в нерешительности и уже собрался уйти, но внезапно дверь открылась и из кабинета вышел Уэбс. Он был немного пьян, а на расстёгнутом воротнике его белой рубашки краснели следы помады.

– Я увольняюсь, - Стив быстро пробормотал заранее отрепетированную фразу, - и хотел бы, чтобы вы рассчитались со мной за прошлый месяц.

– Стив, - лицо Уэбса расплылось в улыбке, не предвещавшей ничего хорошего, - ты не выполнил свою работу, и я не выплачу тебе ни цента, пока ты не закончишь её.

Несколько секунд Стив пребывал в растерянности.

– Эй! Куда ты прячешься? Смотри мне в глаза, когда я с тобой разговариваю!
– приказным тоном сказал начальник.

Уэбс напомнил Стиву его отца. 'Такой же тщеславный, самовлюблённый, никчёмный кретин'. Стив почувствовал, как в его крови закипает ярость. 'По какому праву он оскорбляет меня?' Весь его страх внезапно улетучился. Стив недоумевал: как он вообще мог бояться этого мерзкого человечишку? После всего пережитого им в Нижнем Мире, Уэбс казался жалким и ничего не значащим насекомым.

Стив резко посмотрел Уэбсу в глаза - и встретился взглядом с айгом. Немигающие фиолетовые глаза смотрели на него с укоризной, губы беззвучно шевелились, бесконечно повторяя какую-то фразу. Как он мог забыть! У любого разговора всегда был безмолвный свидетель. Стив невольно отпрянул и отвёл глаза в сторону.

Уэбс, решивший, что Стив испугался его угроз, засмеялся:

– Не отворачивайся, - сказал он, - я ещё не закончил!

Это было его ошибкой. Стив резко встряхнулся, злоба перехлестнула через край и обрушилась вниз, сметая всё на своём пути. Кулаки сжались так, что ногти впились в ладони. Он размахнулся и со всей силы ударил Уэбса в лицо. От удара Уэбс потерял равновесие и с глухим стуком, словно мешок с овощами, упал на пол. Беспомощно распластавшись, он испуганно смотрел на Стива, словно сброшенный с Олимпа греческий бог, ещё не забывший героического прошлого, но уже осознавший свою смертность.

– Стив, ты чего?

Но Стив не позволил ему опомниться, подскочив, он ударил его ещё раз, затем ещё и ещё. Вначале Уэбс пытался позвать на помощь, но всякий раз его крик захлёбывался от очередного удара. Стив бил его руками, пока они не начали ныть, а затем ещё пару раз ударил ногами.

Стив ещё никого не бил в своей жизни, и сейчас от изнеможения и нервного напряжения был готов упасть рядом с Уэбсом. Однако он нашёл в себе силы устоять на ногах и даже заглянул Уэбсу в глаза. Айг всё ещё смотрел из них, а увидев Стива, оживился, словно ожидая продолжения.

– Ну и сука же ты!
– прошипел Стив. Трясущейся рукой он взял со стола бутылку и плеснул виски в разбитое лицо начальника.

– Хлебни, легче станет, - он не знал к кому обращался, к айгу ли, к Уэбсу или к ним обоим, но ему было всё равно.

Сил кричать у Уэбса уже не было, и он еле слышно захныкал от боли.

Ярость прошла, и Стив остался один на один со страхом. 'Нужно как можно скорее убираться отсюда!'

Поставив бутылку на стол, он подошёл к двери. Осторожно открыл её, выглянул в коридор и огляделся: к счастью, все служащие уже ушли, и на этаже было пусто. Быстро выскочив, Стив закрыл дверь, перевернул табличку с надписью 'Не беспокоить' и со всех ног рванул к лестнице.

Он бежал до тех пор, пока тяжёлые стеклянные двери бизнес-центра не захлопнулись за ним, и, лишь оказавшись на улице, остановился, пытаясь отдышаться. Шедшие мимо люди взглянули на его измученный вид, но тут же отвернулись, спеша по своим делам. Он стоял, уставившись на асфальт, не в силах поднять глаза, пока не осознал, что бесконечно тянуть он не сможет. Он знал, что увидит, но не думал, что это настолько сведёт его с ума. Из глаз толпы на него смотрели айги, отрешённо-равнодушные их лица, тем не менее, излучали интерес: исследователи Нижнего Мира изучали его.

С самого верха небоскрёба сорвалась капля, она проделала немалый путь, увлекаемая вниз силой земного притяжения, прежде чем упасть в лужу перед Стивом.

Последняя капля.

– Эй вы!
– крикнул Стив полным отчаяния голосом, - оставьте меня в покое! Что вам нужно?! Хватит меня изучать, я не лабораторная крыса!

Айги не обратили никакого внимания на его крик, но люди начали оглядываться, некоторые крутили пальцем у виска, кто-то остановился, чтобы поглазеть на психа. Что было дальше он помнил смутно, словно отдельные снимки: айги, его рука, сжимающая пистолет, выстрелы, крики. Он стрелял пока не выпустил весь магазин, но и после этого продолжал рефлекторно нажимать на пусковой крючок. Айги падали, но снова вставали, а люди оставались лежать, и возле их тел на мокром асфальте расплывались красные пятна. В глазах у Стива стемнело, и он потерял сознание.

10

Над головой - ржавое солнце, под ногами - сухой колючий песок. Стив идёт по бескрайней пустыне, раскинувшейся от края неба до края. Его ноги увязают в песке, но он продолжает идти к бесконечно далёкой линии горизонта. Он не помнит, сколько времени прошло: день, месяц, год - если время вообще существует здесь. Он вообще ничего не помнит. Его мучает жажда, глаза воспалены. Наконец, силы оставили его, и он падает. Сначала на колени.

Первое правило пустыни: никогда не останавливайся, и ни в коем случае не падай. Иначе уже никогда не встанешь. Где-то в глубине своих воспоминаний Стив знает это, мысль, такая же далёкая, как линия горизонта, и такая же бесполезная.