Сколько ты зарабатываешь, Кент? Неужели я крайне удачно вышла замуж по всем фронтам? Зашла в эту комнату и пропала…

Знаете, когда я была маленькой девочкой, мы с сестрой часто играли в принцесс, живущих в замке с множеством комнат. Мы могли протянуть верёвку от одного шкафа к другому, перекинуть простынь и вуаля: одна комната превратилась в две. Мы забирались вовнутрь шкафов, представляя, что это тоже отдельная милая комнатка. Помню, иногда нас невозможно было вытащить из шифонеров, так хорошо нам было там, в этих придуманных королевских покоях.

И, знаете что?

Сейчас у меня родилось именно такое же желание, как в детстве: желание спрятаться в каждый из огромных шкафов, что я вижу. То-то Томас удивится… Я даже могу представить выражение его лица, когда он отправится на поиски пропавшей жены, и обнаружит её в шкафу, играющей самой с собой в Нарнию. Умора! Ну, да ладно, я обязательно сюда ещё вернусь и осуществлю свой странный план, а пока мне подойдёт вот эта голубая рубашка. Это намного лучше, чем ходить в одеяле.

Стаскиваю выглаженную льняную рубашку с вешалки и одеваю её, словно это мой персональный халат. Все поровну, Кент, это я хорошо запомнила!

На кухне меня ждёт аппетитный завтрак, стакан апельсинового сока и красавец-муж. Я в раю. Однозначно. Присаживаюсь за стол и, чувствуя себя семейной и заботливой женщиной, накладываю еду из сковороды в тарелку Томаса и в свою. Можно даже представить, что это я была той самой домохозяйкой, что приготовила поесть… Но вряд ли удастся в этом убедить Томаса. Ну и ладно. Главное, что сейчас я наконец-то поем! Должна признаться, что парень умеет выматывать и нагонять аппетит. Чертов Томас Кент!

Мы сидим молча. Никто не заводит светскую беседу о погодных условиях или нестабильности на биржевых рынках. Тишина. Только наши голодные рты, поглощающие еду, и наши внимательные глаза, воспламеняющие лишнюю одежду. Весь завтрак мы посылаем друг другу сексуальные взгляды и едим так, будто ласкаем наши возбужденные тела. Это горячо и опасно. Опасно потому, что можно подавиться или и того хуже — не съесть весь завтрак, накинувшись друг на друга. И горячо, реально горячо, будто кто-то включил отопление на максимум. Подношу стакан с соком ко рту, делаю небольшой глоток, и решаюсь нарушить наше сексуальное молчаливое напряжение, пока все здесь не рвануло.

— Итак, — смотрю на Томаса, ожидая, что он сам придумает, чем можно нарушить эту тишину.

— Итак, — ставит локти на стол и смотрит мне в глаза. Отлично! Он явно не желает облегчить мне задачу.

— Очень вкусно.

— Согласен.

— Я про сок, — закатываю глаза, пытаясь спустить с небес на землю этого самоуверенного мужчину.

— Сделаю вид, что поверил.

— Сделаю вид, что мне очень важно знать, что ты по этому поводу думаешь, — смеюсь, поднимаясь с места, чтобы убрать лишнюю посуду со стола.

— А у тебя отличное настроение, да? — спокойно спрашивает Томас, хватая меня за коленку и начиная её медленно поглаживать.

— С утра мне кто-то испортил настроение своими грубостями, — скидываю его руку и отношу посуду в раковину.

— Должен заметить, что и ты бываешь часто со мной груба.

— Но тебе это нравится, — улыбаюсь, прекрасно понимая, что права.

— И тебе это тоже нравится, — поднимает брови, улыбаясь.

— Ты слишком самоуверен, — тяжело вздыхаю и сажусь на место.

— Ты слишком много говоришь.

— Не затыкай мне рот, Томас, — тычу в него пальцем, угрожающе.

— Милая, у меня столько идей, как и чем заткнуть твой рот, — произносит он и целует мой палец.

Краснею, представляя горяченькую порно-сцену с нашим участием.

— Скажи, о чем думаешь, и я воплочу твою развратную идею, — вот же Шерлок Холмс! Все-то он знает!

— Я ни о чем таком не думала, — нагло вру, ещё сильнее краснея. — Тебе сегодня нужно на работу? — необходимо срочно перевести наш разговор в другую сторону, а то я и так вся заведённая.

— У нас выходной.

— Здорово. Чем займёмся? — делаю ещё один глоток прохладного сока, пытаясь немного остыть.

— Будем трахаться.

Тупо давлюсь жидкостью и начинаю кашлять, разбрызгивая напиток через нос и рот. Очень милая и крайне эротично-возбуждающая картина вышла… Вот же паразит, снова умудрился выбить меня из колеи! Чертов Томас Кент!

— Сначала слюни на моей подушке, теперь слюни на моем столе. Лиззи-Лиззи, — качает головой Томас.

— Ах, ты ж гад! — вскакиваю с места и пытаюсь дать затрещину этому наглецу, но парень быстро зажимает меня в объятия и целует.