— Я приехала к тебе — и, очевидно, совершенно напрасно, — чтобы получить профессиональную помощь. — Леда сказала это почти шепотом.

— Профессиональную помощь? — так же тихо переспросил Берни.

— У меня такое впечатление, что за мной следят, хотя тебе на это наплевать.

Берни глубоко вздохнул.

— Почему ты так считаешь?

— Ты никогда мне не верил!

— Леда! — Напарник снова начал повышать голос, но осекся и заставил себя говорить спокойно: — Если за тобой следят, мне нужны факты.

— Факты? Как насчет пикапа, который вчера на шоссе Кросс-Вэлли двадцать миль висел у меня на заднем бампере? А сегодня вечером, когда я вышла после встречи в центре города, он опять тут как тут. Достаточно фактов? Пришлось свернуть на твою подъездную дорожку, не включив поворотник и даже не снизив скорость.

Берни обвел взглядом улицу: темная, тихая, никаких пикапов, вообще никаких машин.

— Ты уверена, что это был один и тот же пикап? — спросил он.

— На сто процентов.

— Какого он цвета?

— Темный — синий, черный, не знаю. У него на крыше погнутая антенна.

— Можешь описать водителя?

— Не разглядела. На нем были темные очки, и он постоянно держал опущенным солнечный щиток.

У Берни появилась мысль — я понял это по его глазам. Мысль заставила его напрячься, и голос тоже изменился.

— У него на голове, случайно, не было банданы?

— Может, и была. Не знаю.

— Где Чарли?

— Сейчас?

— Да, сейчас.

— Дома.

— С Малькольмом?

— Нет, с приходящей нянькой.

— А где Малькольм?

— Уехал по делам.

Тот мускул, который иногда дергается у напарника на скуле, задергался и сейчас.

— Кто эта нянька?

— Кеннеди.

— Что за Кеннеди?

— Соседская девочка.

— Сколько ей лет?

— Она очень ответственная девочка.

— Сколько лет, я спрашиваю.

— Почти двенадцать.

— Звони ей! — приказал Берни.

Последовала пауза. Леда явно испугалась.

— Господи, ты же не думаешь… — Она порылась в сумке и достала мобильный телефон. — Кеннеди? У вас все в порядке? — Выслушала ответ и кивнула Берни.

— Где Чарли? — спросил тот.

— Что сейчас делает Чарли? — сказала Леда в трубку и снова стала слушать. На сей раз я различил слова в аппарате: девичий голос что-то говорил о телевизоре. — Нет, все в порядке, — бросила Леда. — Я еду домой. — Она выключила телефон.

— Мы следуем за тобой, — объявил Берни.

Вскоре мы уже прибыли в поместье Хай-Чапаррель и остановились на улице, где стоял большой дом с колоннами, принадлежавший Леде и Малькольму. Пристроились рядом с таким же, только еще больше и с колоннами повыше. Леда уже вбежала внутрь и сообщила по телефону, что все в порядке. После этого на подъездной дорожке остановилась машина, из дома вышла девочка не намного выше Чарли и села в авто. Машина развернулась и проехала немного по улице. Там, где были открыты ворота, она въехала в гараж. Ворота за ней закрылись.

Мы сидели. Засада составляет изрядную часть нашей работы. И мы неплохо умеем это делать, я и Берни. Наконец напарник заговорил:

— Если за Ледой действительно следят и если это Джокко, тогда… — Что тогда? Я ждал, чтобы он объяснил. Прошло немного времени, и Берни закончил: — Он, наверное, слишком много смотрит телевизор. — Джокко слишком много смотрит телевизор? Разве в этом наша с ним проблема? Я считал, что проблема в том, как он отдубасил нас обоих бейсбольной битой, а мы ему до сих пор не отплатили. В голову пришло: хорошо бы разбить его телевизор, — а затем все мысли исчезли. Мы сидели.

Я услышал звук приближающейся машины, посмотрел в конец улицы, но сначала ничего не заметил, потому что фары были выключены. Автомобиль проехал под уличным фонарем — не легковушка, пикап с погнутой антенной на крыше. Я покосился на Берни — он сидел с закрытыми глазами. Я умею рычать по-разному. Тихий и низкий рык, словно из глубины глотки, как раз для таких случаев.

Веки напарника взлетели вверх.

— Чет, что такое?

Пикап с погнутой антенной замедлил ход и остановился прямо напротив дома Леды. Водитель — на таком расстоянии я не мог определить, был ли это Джокко, — что-то высунул из окна. В руке Берни сразу оказался револьвер, «специальный», тридцать восьмого калибра. И тут я разглядел, что тип в пикапе держит предмет со светящимся голубым экранчиком. Напарник тоже увидел.

— Мобильный телефон. — Я знал, что мобильными телефонами пользуются не только для того, чтобы говорить: ими, например, можно делать фотографии. Люди любят всякие хитроумные приспособления, на мой взгляд, даже слишком любят, но теперь не было времени об этом размышлять. Пикап тронулся с места и проехал мимо нас все так же с выключенными фарами, поэтому он нас не ослепил и мы могли хорошо рассмотреть водителя.

— Я сверну ему шею, — процедил Берни.

За рулем сидел Марвин Уинклман.