Служить одним знаменам.

Он был королем единым

Всем маврам и всем сарацинам...

...Он был и молод, и удал,

И, скажем правду, обладал

Диковинным оружьем

(Мы это обнаружим)...

...Итак, сошедши с корабля,

Король увидел короля.

Поскольку короли они,

Пусть спорят меж собой одни:

Мы столь великим людям

Ни в чем мешать не будем!..

...Из них был каждый, страх презрев,

Душою - агнец, сердцем - лев.

...Зачем судьба была столь зла

И этих королей свела,

Свела причем случайно:

Земля ведь так бескрайна?!

...Но я за Парцифаля спокоен.

Мало того, что он истинный воин,

Вовек живет в его крови

Верность Граалю и Любви...

...Их силе воздавая дань, я

Страшусь: не хватит дарованья,

Отпущенного мне судьбой,

Чтоб описать этот дивный бой

Весомо, точными словами

(Заранее каюсь перед вами).

Но так скажу: вначале

Их лица засияли

В порыве увлеченья

Подобием свеченья.

Но сердце на двоих одно

Им было господом дано:

Каждый, по воле духа святого,

Носил в груди своей сердце другого.

И хоть им обоим отрадно было,

Сердце у них болело, ныло:

Отважное сердце бойцовское,

Единое сердце отцовское...

...Итак, хоть корень их един,

Язычник и христианин

Столкнулись меж собою...

Не мне им быть судьею.

Я сознаю: решать не мне,

На чьей победа стороне.

Я лишь желаю, чтобы

В живых остались оба...

Однако бой уже идет...

Кто первым на землю падет,

С коня кто первым свалится?

(О, сколь душа печалится!)

Но я немало удивлен:

Безмерно был толчок силен,

Но оба в самом деле

В седлах усидели...

И вновь они столкнулись...

Их копья не согнулись...

Язычник впал в великий гнев,

В седле противника узрев,

Что было непривычно:

Своих соперников обычно

Разил он с первого удара,

Исполнен огненного жара...

И так же были горячи

Их раскаленные мечи,

Которыми они махали

И ярость, страсть в них не стихали...

Копи сильно утомились,

От жара их бока дымились,

Но, распаляясь все сильней,

Сошли противники с коней

И битву продолжали стоя,

Дыша священным жаром боя...

Крещеный явно уступал

Язычнику... Тот наступал,

Клич выкликая: "Табронит!"

И этот клич его звенит,

И перед каждым взмахом новым

Бодрит себя он этим зовом.

Так, восклицая: "Табронит!"

Он супротивника теснит!..

Но не сдавался и крещеный.

Взгляд к Пельраперу обращенный,

Был чист и светел, как хрусталь.

И перед ним сиял Грааль...

...Мавр знал Любовь. Любви служенье

Не раз вело его в сраженье,

И так он навык приобрел

И всех противников борол...

Как нам уже известно, он

Был королевою пленен,

Прекраснейшею Секундильей,

И не жалел усилий,

Чтобы награду заслужить

Той, для кого хотел он жить...

И Парцифаль изнемогал.

Лишь дух геройский помогал

Ему порой с колен подняться

И все еще обороняться,

Теперь уж - из последних сил...

И он пощады не просил...

Они сражаются... Они?!

Нет, истине в глаза взгляни:

Здесь в испытанье боевое,

Казалось бы, вступили двое,

Но двое, бывшие - одним.

Мы их в одно соединим:

Две кровных половины,

Два брата двуедины...

...Итак, язычник побеждал.

Но Парцифаль не смерти ждал

Великой ждал услады...

И тут мы вспомнить рады,

Как Треврицент ему внушил,

Что он пред богом согрешил

И что одна дорога

К спасенью - вера в бога!..

И он постиг, что бог - везде:

Как в отраде, так и в беде,