Шрифт:
– Это же дамоклов меч: ваш акционерный состав слишком распылен. Ни единого лидера, ни четкой линии поведения… Да еще смерть Нсеко – группа ослаблена.
– Ты не знаешь, кто скупает?
– Мне-то откуда знать?
Официально имена покупателей и продавцов на рынке считались конфиденциальными. В реальности крупные операции были секретами Полишинеля: чтобы двинуть продажи, маклеры не моргнув глазом сливали данные о тех или иных «предполагаемых» приобретателях.
– Позвони своим брокерам. Выясни, кто покупает и по чьему приказу.
– В бизнесе так делать не положено.
– А я занюхиваю не больше одной дорожки, и то на Рождество.
– Что я получу взамен?
Лоик напустил на себя загадочный вид:
– Ты не пожалеешь.
– Я перезвоню.
Лоик скрестил руки на затылке и еще раз взвесил обе гипотезы. Поглощение, запущенное конкурентной группой, у которой сильные позиции в рудном бизнесе. Или мелкие хитрованы, которые прознали о месторождениях и решили воспользоваться секретной информацией.
Захватчики или предатели: оставалось выбрать.
А главное, надо занюхать дорожку, чтобы в голове прояснилось.
27
– Ужинать будете?
– Нет, спасибо.
– В столовой наверняка еще осталась треска с овощами и рисом и…
– Обойдусь, сказал ведь.
23:00. Эрван пожалел, что одернул Аршамбо, но весь обратный путь он изо всех сил старался выжить. Никогда бы не подумал, что можно заработать морскую болезнь в воздухе. Порывы ветра трясли «дофин» как грушу, а его сердце выступало в роли зрелого плода. Сейчас он весь погрузился в наслаждение ощущением твердой земли под ногами. Промерзший, промокший до костей, он мечтал только об одном – добраться до своей комнаты.
– Скажите Верни, чтобы зашел ко мне минут через пятнадцать.
– В такое время? Я…
– Я уверен, что он еще работает.
– Слушаюсь, командир. Я должен присутствовать?
Эрван отказался от борьбы с военным лексиконом: его медленно уносило течением.
– Нет. Брифинг завтра утром, в восемь тридцать, в кафе. Но если вы узнаете что бы то ни было ночью, звоните мне на мобильник.
Он поприветствовал Дылду и отправился в левый блок, где располагались спальни. Желудок все еще сводило рвотными спазмами. В гнетущей тишине Эрван поднялся на несколько пролетов и оказался в своей каморке. За дверями – ни звука радио или телевизора. Только крик чаек проникал иногда сквозь дрожащие от порывов ветра стекла. Полная чернуха.
У Крипо кипела работа. Оба принтера были включены на максимальные обороты. Один выплевывал распечатки, другой – протоколы допросов. На одном из столов два монитора прокручивали долгие часы видеонаблюдения. Крипо, барабаня по своему ноутбуку, одним глазам поглядывал на экраны. Эрван догадался, что тот заполучил архивные видео прошлой недели – на всякий случай.
– Я перекусил в столовке, – бросил он, не поднимая глаз. – Курица была супер.
– Это была треска.
Эльзасец кивнул, словно именно это и имел в виду. Эрван в очередной раз поразился, как человек настолько рассеянный может быть столь точным в работе. Его помощник переоделся и теперь щеголял в кожаном жилете без рукавов, ковбойской рубахе, зеленых вельветовых штанах и кислотно-желтых кроках.
– Хочешь подбить итоги?
Не ответив, Эрван достал сумку с туалетными принадлежностями и заперся в ванной. Он тут же нырнул под душ и стал согреваться. Дрожь понемногу проходила.
– Лучше? – спросил Крипо, когда он вернулся.
– На обратном пути чуть не сдох. Такое ощущение, будто на лодке попал в бурю.
– А адмирал?
– Темнит. А у тебя?
– Та же песня. С телефонами ничего особо интересного. Заодно проверяем GPS машин базы и расписание выходов в море в этом районе. Ни тени подозрительных перемещений.
На одном из мониторов курсанты-первогодки маршировали на плацу в белых футболках и шортах – утренняя тренировка.
– По-прежнему никаких новостей от энтишника?
– Он пашет. Висса принял свои меры предосторожности. Его жесткий диск под замком. Бранелек пообещал, что утром какие-то данные будут. Он еще хочет покопаться в компах других курсантов – выяснить, кто с кем связан и как был организован их пресловутый «уик-энд интеграции».
– Сколько времени это займет?
– Минимум три дня.
Эрван неодобрительно покачал головой.
– Единственная хорошая новость, – продолжил Крипо, – это подтверждение поездки на Сирлинг завтра утром. Прибыли ныряльщики со своим оборудованием. Погрузка на рассвете. Все на корабль!
У Эрвана тошнота подступила к горлу при одной мысли снова выйти в море – инстинктивно он предвидел, что это будет похуже вертолета.
Он снял трубку городского телефона и позвонил Мюриэль Дамас: она оставила ему три сообщения, пока он мотался на «Шарль де Голль». Несмотря на поздний час, заместитель прокурора ответила буквально на втором звонке. Для начала облаяла его за молчание и нежелание сотрудничать, но Эрван мигом заткнул ей глотку новостью об убийстве Виссы. Расклад сил тут же переменился: она едва ли не умоляла его рассказать хоть о каких-то следах для завтрашней пресс-конференции. Эрван пообещал позвонить ей до своего отъезда на Сирлинг, но не очень понимал, что нового он узнает за ночь. Еще раз проверил свою голосовую почту: два сообщения от родителей Виссы. У него не было сил связаться с ними напрямую.