— Я понимаю, твои опасения, — аккуратно произнес Георгий. — Но мне не нужен Галич.

— Это ты сейчас так говоришь. Завтра ситуация изменится и ты охотно примешь предложение моих бояр. И вообще — зачем ты сюда пришел? Неужели в Святой земле тебе не нашлось места? С такой-то родовитостью.

— Святая земли скоро падет. Всевышний решил наказать христиан за их бесконечные распри. Даже возле Гроба его сына они не обретут единства и благочиния.

— Откуда ты это знаешь?

— Когда я молился возле гроба своего отца, то был удостоен видения. Казалось, что перед моими глазами за ту ночь пролетела целая вечность. Среди прочего мне показали, какое будущее уготовано христианам в Святой земле. Меньше чем через десять лет Иерусалим вновь падет под ударами неверных. И останется в их руках до тех пор, пока христиане не обретут единство.

— А ты, получается, решил не дожидаться кары небесной? — С едва заметной усмешкой поинтересовался Даниил.

— На меня сражений с мусульманами вполне хватит, — пожал плечами Георгий. — Несмотря на скорую потерю Иерусалима, христиане останутся в Святой земле, по меньшей мере, еще на полвека. Гроб Господень будет отдаляться постепенно. Медленно, мучительно медленно.

— Хм… — задумчиво хмыкнул Даниил. — Тогда что привело тебя в наши края?

— Мне было сказано идти сюда и становиться несокрушимой крепостью на реке Москве, что впадает в Оку. Ибо грядет буря, в которой я должен буду стать той скалой, что разобьет всесокрушающую волну.

— Буря? — Напрягся Владимир. — Какая буря?

— Вы ведь помните тех, кто разбил вас и ваших союзников на Калке, — обратился Георгий как к Даниилу Романовичу, так и к Владимиру Рюриковичу. Одним из немногих князей, что ушли с той бойни.

— Такое не забудешь, — грустно хмыкнул Даниил Галицкий.

— Они возвращаются.

— Что?! — Ахнул Владимир Рюрикович.

— То была всего лишь проба сил. Теперь же они идут завоевывать Русь и прочие земли христиан. Впрочем, не только их. Мусульманам тоже достанется. Но это не важно. Главное — они идут сюда, и немногие князья переживут их приход. Не говоря уже о простом люде.

— Ты говоришь страшные слова, — нахмурился Даниил. — Я не хочу в них верить.

— Твоя воля, — пожал плечами Георгий. — Отправь своих людей под Торчерск, поспрашивай смердов да холопов местных.

— И что же мне у них спросить?

— Ждала ли там засадная дружина половцев. Владимир Рюрикович видел, я специально спровоцировал бой с Михаилом Всеволодовичем. Его задумка была весьма лукава и умна. Он, зная о том, что ты придешь на помощь своему союзнику, взял под Киев лишь небольшой, вспомогательный отряд половцев. И ждал тебя. По приходу постарался бы отступить, увлекая в погоню твоих людей. А там, недалеко от города, их должны были встретить свежие силы половцев. Да не просто так, а ударить из засады.

— Откуда ты это знаешь?

— Видение. Я многое в ту ночь увидел. И то, как ты, спасся бегством, но был предан своими боярами и согнан с Галича. И как ты, Владимир Рюрикович, оказался вынужден выкупаться из плена Черниговского. Это я к чему? Мои слова проверить не сложно. Хотя и не все. Однако уже до конца этого года монголы дожмут половцев, живущих по Волге и Дону. Черные клобуки наверняка доносили о том, что они сражаются с наседающим на них с юга и востока врагом.

— Да, верно, — кивнул Владимир Рюрикович, — доносили. Даже просьбы о помощи передавали. Но куда бы я пошел? Да я тебе говорил. Помнишь?

— Если это все правда, то твоя дружина ничто не решит, — с пасмурным видом произнес Даниил. — Моголы это страшная сила.

— Их сила в числе и стенобитных машинах. Именно по этой причине мне сказано идти на Москву реку и ставить там неприступную крепость. Почему там — я не знаю. Сказано идти в те края, туда и иду. Оттого и нет мне дело до Галича.

— А помог ты нам зачем? Мог ведь мимо пройти.

— Земли по той реке лежат вплотную к Смоленскому и Черниговскому княжествам. Князья Смоленские делами внутренними занимаются, да с тобой Даниил дружат. А Михаил Всеволодович беспокойным был. Все славу стяжать мечтал. Мне такой сосед не надобен.

— Союз, значит, ищешь. Не надеешься только на свою дружину? — Усмехнулся Даниил.

— Взять город и отбить Юрия Всеволодовича я смогу. В этом у меня нет никаких сомнений. Но как построить крепость без торговли? Я понимаю твои опасения насчет Галича. Поэтому предлагаю, подписать нам союзный договор. В нем я признаю твои права на Галич, а ты мои на Москву.

— Что же… — подумав, произнес Даниил. — Это неплохое решение. Жаль что митрополита нет в Киеве. А то бы он еще и освятил наши слова.