— Плохо… очень плохо, — наконец выдал сильно взволнованный Император. — Насколько можно верить этим сведениям из Тавриды?

— Его опознали, — аккуратно произнес патриарх. — Он вылитый Андроник. Да и характером подобен.

— И куда же он делся? Появился из ниоткуда и ушел в никуда….

— После битвы при Каламите, по слухам, он направился на Днепр за пороги. И под Киевом даже кого-то разбил. Куда он отправился дальше — неизвестно. Новости из тех краев до нас доходят очень редко, искаженно и с большим опозданием. Иоанн тяжело вздохнул и обернувшись к окну, задумался.

Появление еще одного Комнина, причем такого резвого и резкого совсем не радовало. Тем более, если он, действительно пошел по стопам известного возмутителя спокойствия — Андроника. Проблем такой 'персонаж' мог принести изрядно. Пока радовали только две вещи. Во — первых, он смог поссориться с Венецией и вырезать немало их людей. Во — вторых, ушел куда-то на Русь, то есть, в какие-то… кхм… очень дальние края. Но на этом позитив заканчивался.

Куда он ушел, а главное, зачем, никто ему сказать не мог. Еще гаже были известия об участии отца этого 'кадра' во взятии Константинополя латинянами. Ведь в рыцари просто так не производят. А значит бился он там от души. Да и Святая Земля — фактически вотчина Святого Престола, став местом рождения и взросления Георгия, безусловно, оставила какой-то след. Возможно и в виде связей.

Хуже всего было еще и то, что Балдуин II сеньор де Куртене и де Монтаржи, маркграф Намюра, подрабатывающий на полставки Императором Латинской Империи, как пить дать, Георгием заинтересуется. Одного сражения при Каламитах достаточно для того, чтобы зауважать этого юношу. Не каждый может победить, вступив в бой с отрядом венецианцев в шесть раз превосходящих числом. Причем так быстро и блистательно. Такие командиры всегда были в особом почете и уважении. И черт с ним с Балдуином. Но ведь и Папа римский Григорий IX интерес проявит. Не говоря уже о том, что венецианцы могут и не обидеться, особенно если разберутся в той истории. Дож так уж точно не придет в восторг от инициативы наместника, причем с таким треском провалившейся.

Иоанн закрыл глаза и потер пальцами виски.

— Очень плохо, очень… — снова повторил он.

Чем лично ему это грозило?

Комнины в принципе не являлись его союзниками. Ведь предки Иоанна служили при дворе Ангелов — их врагов. Мало того, вся легитимность его власти держалась на том, что он женился на дочери Феодора Ласкариса. А тот, в свою очередь, получил власть через брак с дочерью последнего Ангела. В общем, седьмая вода на киселе. Но даже этот кисель — насквозь враждебен Комнинам, из-за чего с ними никак не удается договориться. И это — несмотря на общих врагов: что мусульман, что латинян.

Но это Комнины вообще. А этот Георгий, сын Льва выглядел воплощением всех страхов и ужасов Никеи, так как явно тяготел к латинской партии.

— Он хоть православный? — После очередной паузы поинтересовался Иоанн.

— В Феодосии он посещал православный храм, — уклончиво ответил патриарх, осознававший всю сложность ситуации не хуже Императора.

— Хорошо… — кивнул Иоанн. — Не будем спешить. Для начала постарайтесь выйти на него. Я слышал у вас какие-то трудности с назначением нового митрополита в Киев. Не затягивайте. И отправьте с ним большую делегацию.

— Вы думаете, он осядет на Руси? — Осторожно поинтересовался патриарх.

— Этого никто не знает. Но сюрпризы нам не нужны. Кто знает, что он задумал. Пусть митрополит все разузнает и выяснит.

10 августа 1235 года. Москва

Гости разъехались — проблемы остались. Тем более что сожрали они очень немало. Настолько, что небольшой город, каковым и была Москва в то время, оказался перед лицом если не голода, то нехватки продовольствия. Ведь кормить и поить гостей надлежало хозяину, то есть Георгию, и никого не интересовало, что у свежеиспеченного князя еще не имелось собственных закромов. Вот и пришлось ему все необходимое закупать у горожан, да не задешево, коль спрос заметно превысил предложение, а время оказалось дороже денег. Ведь не скажешь голодным гостям, что, мол, обедать будем завтра, когда я провизию достану. Не поймут. Точнее поймут, но совершенно не так, как нужно: 'Какой же ты князь, если у тебя нет золотого запаса?' Вот и пришлось Георгию тряхнуть мошной.

Готовясь к путешествию в прошлое, князь еще в XXI веке задумался над вопросом — чем он будет оплачивать свои расходы на месте. По крайней мере, первое время. Ведь на Руси был период безденежья, когда в качестве денег ходили скудные объемы кусочков драгоценных металлов, очень редкие монеты, а хоть какую-то торговлю обеспечивал практически исключительно бартер. Как поступать в такой ситуации? Георгий рассудил так. Раз у него собственное государство, то и монета должна быть своя. Ну а что? Князь он или не князь?

Поэтому, когда наш герой выкладывал перед каждым купцом сколько-то новеньких серебряных монет, изготовленных в XXI веке, желание тех сотрудничать росло в безумной прогрессии. И важен был не только факт того, что им заплатят по — человечески, а не мешками 'мягкой меди', то есть, навоза, как это бывало обычно. Кроме того, играло немалую роль и качество монет. А оно было просто изумительное. Глубокая, четкая, рельефная чеканка. Бортики, защищающие монету от истирания. Гурты с защитой от подрезания да подпиливания. Да еще и картинки сделаны не как курица лапой, то есть, в традиции XIII века, а очень красиво и изящно. Одним словом, произведение искусства, от созерцания которого, глазки у торгового люда начинались светиться особым магнетизмом.