— Как в песне? — уклонился от ответа Вра. Дэн пошел дальше, в надежде встретить богатого человека, а Вра понял, что костюм Черного Рыцаря может уплыть, и более того:

— Он им интересуется. — А раньше даже не думал.

Фёкла несколько раз вылетела за татами. Нико Ович лично сказала Кору, что больше никогда не залезет под него, а только всегда:

— На.

— Дак, да, да, я согласен. И вот теперь она не давала Фёкле даже шанса повторить ее бросок.

Но эта дама в длинном платье наконец додумалась:

— Надо делать то, чему она уже научилась. — Точнее:

— Только то, что уже известно. — И она начала снова и снова повторять свой прием:

— Переднюю Подсечку в Падении — Трип, что значит: Три П. Ника только смеялась, и даже прямо сказала:

— Никогда тебе не бросить меня, тем более опять этим приемом Три П. Ну, и когда уже решили, что хватит:

— Надо отдать всё Нике, был проведен этот почти легендарный бросок, не как прошлый раз, когда Ника стартовала с татами вбок под стул Кора, а прямо на себя, и в этот раз Ника пошла на взлет, как самолет, набирая высоту все выше и выше, и:

— Прямо в объятья Дэна. — А это была высота метра три. Может чуть меньше, два — два с половиной. Кор был недоволен.

— А что вы хотите, сэр? — спросил Лева Задов. — Перебросить ее?

— Да, — ответил Кор, — пусть упадет на меня. Иначе я всю оставшуюся жизнь буду помнить этот случай, как измену.

— Действительно, — ответил Лева, — женщина, побывавшая в объятиях другого — это уже не ваша женщина, даже без несовсем.

— Тут только один выбор, — наконец этот парень, Махно, переступил черту, вышел за синюю ленточку, отделявшую простой народ от инопланетян, — или бросать еще раз, что не предусмотрено правилами, или…

— Или? — переспросил Дэн, уже поднявшись с земли, и отряхая свои бархатные одежды.

— Или вам самим решить это, — сказал Махно. Лева хотел возразить, что:

— Это я должен был сказать, а не ты Махно. — Но получил достойный ответ:

— Окей, тогда следующий бой будет между мной и тобой. Лева подумал, и из двух ответов выбрал один:

— Я лучше буду судьей. — А первый был:

— У нас разные весовые катехгории, я задавлю тебя, малыш, весом, точнее, как он выразился по-современному:

— Массой. — Ну, как все поняли:

— Про себя. Кор и Дэн решили отложить свой бой до следующего раза, тем более, как сказал Дэн:

— Я больше люблю отстаивать свою честь на Кольтах 45-го калибра.

— К счастью, тоже негромко, почти про себя, так что Кор только переспросил:

— Что, что?

— Вручаем, я думаю, победу Фёкле. Но самым ужасным было не это, а то, что и Махно проиграл десять тысяч рублей, ибо как оказалось, что и он, и оба инопланетянина поставили на прелестную Нику Ович. Хотя эти ребята и обещались поставить на разных дам. К счастью, для Махно Дэн остался ему должен тысячу восемьсот. Дело в том, что у Махно вообще не было денег. Но дама рядом с ним — еще одна — телефонистка Тина, страдавшая по мнению некоторых клептоманией — сама-то она, естественно, не очень этим заморачивалась, вытащила из кармана мальчишки Василия Ивановича, бриллиант Сириус, который он взял, уходя из мешка Дро, как он сказал:

— Всё не беру, только один этот на счастье. — И оставил пьяному Дро ониксы. Так сказать:

— Пользуйся моей добротой. — Тем более, таскать с собой мешок камней по вражеской, да и по своей, тем более, территории, очень небезопасно.

Таким образом, Махно попросил Леву Задова оценить Сириус не в десять тысяч — максимально представимая для простых лудэй сумма — а в:

— Одиннадцать тысяч восемь сот. Лева хотел сказать:

— Пусть будет двенадцать, как апостолов, для ровного счета, но передумал, так как Махно мог спросить:

— Кому эти двести. — И мог заподозрить его, Леву, в даче, точнее, во взятии взятки. А ведь он как раз об этом и думал. Жаль, вот если бы не думать, то можно было и взять, но кто предложит, если ему об этом как-то не намекнуть? Никто. Люди глупы в смысле отдачи кому-то денег.

И все деньги получила Фёкла в длинном платье, и Бриллиант Сириус, и костюм Черного Рыцаря. Никто из простого народа, конечно, не подумал, что вот:

— Появилась Богатая Невеста, — ибо для него она была недоступна, но вот некоторые купцы, как:

— Слава Мамонт, — заинтересовался. Заинтересовался, пока не понял, что у нее есть костюм Черного Рыцаря. Что для него значило больше, чем Сириус, в магию которого он, как купец не верил. Но другой купец уже вечером, на праздничком гулянии на берегу моря, предложил ему устроить турнир почти международного масштаба, в том смысле, пригласить какого-нибудь дзюдоиста из Европы, или даже из:

— Америки-и-и! Это тоже был Слава, но имел другое имя, а именно:

— Мороз. — Они были знакомы на почве любви: оба хотели жениться на Соньке Золотой Ручке, которая могла безошибочно находить золотые россыпи, но не в Сибири, а прямо здесь, в том смысле, что могла безошибочно угадать: