Имя отозвалось колокольчиком в моей памяти, но я никак не могла вспомнить — кто это.

— Звучит знакомо.

— Она была подругой твоей тети Глории, — мама ждала, пока винтики и шурупики в моей голове закончат свое вращение.

— О да, я помню ее. У нее был лагерь вниз по Бэль Ривер. Я помню, что мы с тетей Глорией провели там один уик-энд. Мне, должно быть, было не более десяти.

Мама кивнула:

— Она звонила на днях и сказала, что хочет повидаться с тобой, когда ты будешь в городе.

Мы с мамой обменялись растерянными взглядами. Я не видела и не говорила с миссис Спайвик в течение двадцати лет.

— Может быть, она просто хочет наверстать упущенное, — сказала я, пожимая плечами. — Она оставила номер?

— Нет, она сказала, что позвонит через несколько дней.

Наш разговор был прерван звуком закрывающейся двери в передней. Я застыла, услышав мужские голоса, приближающиеся к кухне. Это были папа и Джеф. Когда они зашли в комнату, я встала. Джеф подошел и обнял меня.

— Приятно видеть тебя, сестренка.

Моя мать представляла Джефу Адриан, когда мой отец подошел ко мне и поцеловал в щеку.

— Как дела? — это было его фирменное приветствие.

— Дела — хорошо, папа. Я хотела бы представить тебе Адриан, — он протянул руку, и Адриан пожала ее.

— Блэйк Тейт, — сказал он с улыбкой. Адриан улыбнулась в ответ. Вроде бы все прошло хорошо, и я расслабилась.

— Ванда не вернулась? — спросил Джеф, снимая куртку.

— Еще нет, но она будет здесь к ужину, — сказала мама и, забрав куртки отца и Джефа, повесила их на вешалку в прихожей.

— Хорошо выглядишь, — улыбнувшись, сказал Джеф. — Обе такие загорелые, должно быть на этом острове райская жизнь.

— Время от времени я нахожу причину, чтобы вытащить себя из гамака, — ответила я ему, потому что знала, он думает, что я ничего не делаю, кроме лежания на пляже. Любая из моих работ не считалась папой и Джефом за работу. Работа, по их мнению, должна включать в себя рабочий стол и курганы бумаг на нем.

— Хайден научилась быть очень хорошим плотником, — сказала Адриан. — Помимо работы с нашими клиентами, ей по-прежнему удается время от времени запачкать руки.

— Я думаю, что строительство домов на деревьях, которые мы строили, когда были детьми, наконец-то окупилось. Будем надеяться, что ты научилась лучше обращаться с молотком, — усмехнулся Джеф.

Я собиралась ответить Джефу длинной речью, но передумала. Он ждал этого, но я не собиралась заглатывать приманку в его игре. Это было забавно, когда мы росли, но не сейчас. Когда мы были маленькими, он был моим героем. Я всегда и везде бродила за ним, мне нравилась болтаться с его друзьями, но потом мы выросли, вступили во взрослую жизнь, и все изменилось. Своего рода конкуренция встала между нами. Вместо того, чтобы просто поговорить о чем-то, мы вступали в обмен словесными ударами, иногда очень болезненными, и все это быстро перерастало в непрекращающийся спор.

Зазвонил телефон и сменил тему нашего разговора. Мама отдала трубку Джефу, сказав: — Это Ванда.

Папа пробормотал что-то про душ и исчез в ванной. Мама погрузилась в процесс приготовления ужина, отмахнувшись от нашего предложения помочь ей. Мы с Адриан взяли свой кофе и отступили в сторону заднего крыльца.

— За исключением Ванды, ты встретила всю мою семью… и все еще живая, — сказала я, садясь на качели и немедленно закуривая.

— Да, я сделала это, не так ли? — сказала Адриан, садясь рядом со мной. Мы посидели тихо всего лишь мгновение, и я легонько ткнула ее локтем под ребра.

— Ну, давай, выкладывай.

— Твоей маме неудобно из-за наших отношений, но она пытается смириться с этим. Ей действительно трудно, — начала Адриан. — Она очень скучала по тебе.

— А папа?

Адриан нахмурилась:

— Неодобрение. Неодобрение тебя и нас.

Я ощетинилась. Я давно привыкла к его осуждению моего образа жизни. Но было что-то совсем другое, когда дело касалось Адриан. Он не имеет права не одобрять кого-то, кого совсем не знает.

— Все хорошо, любимая, — сказала Адриан, похлопывая меня по руке. — Мы обе знали, когда ехали сюда, что он не будет счастлив видеть нас вместе.

— Он на самом деле не знает тебя, но это его потеря. Ты — что-то особенное.

Глава 12

Вкус домашнего Гамбо и домашнего хлеба согрели мои кости. Я уже привыкла к теплу острова и даже, несмотря на то что Новый Орлеан не посещали холодные жестокие зимы, на этот раз я никак не могла согреться. Адриан тоже страдала от этого и носила на своем теле несколько слоев одежды. Мы обе не привезли с собой теплых вещей, потому что у нас на острове их не было. Завтра мы просто обязаны были отправиться за покупками.