"Не могли бы вы прямо сейчас показать мне мой коттедж, пожалуйста?"

Я была ошеломлена ее прямотой.

"Конечно, я только отнесу этот поднос на место".

Я отнесла поднос в бар и сказала Адриан, что скоро вернусь. Она взглянула на Кристен, и на секунду на ее лице появилось странное выражение.

Кристен последовала за мной через двор, и я повела ее по лабиринту тропинок.

"Насколько здесь безопасно?" — вдруг спросила она, нервно оглядываясь.

"Очень. Из за всей этой растительности кажется, что ты одинок, но здесь всегда есть кто то рядом, — улыбнулась я, глядя, как ящерицы перебегали тропинку перед нами. — Дикая природа тоже охраняется нашими сотрудниками".

Она прижала свой альбом к груди и даже не улыбнулась моей шутке.

"Эти люди в баре единственные, кто будет проживать здесь на этой неделе? Вы ждете еще прибытия кого то?"

"Только эти, но если вы ищете… с кем пообщаться, то в некоторых других гостиницах есть бары, которые привлекают к себе много местных жителей".

"Нет, — через минуту сказала она, — я просто хотела бы знать, кто находится вокруг меня. Вот почему я выбрала вашу гостиницу, — она покашляла, прочищая горло. — Путешествуя в одиночку, я чувствую, что должна быть на страже".

Я открыла дверь в ее коттедж, посмотрела вокруг и убедилась, что все в порядке.

"Да, я понимаю это. Если вам что то будет нужно, независимо от времени, просто поднимите трубку и наберите ноль, — я протянула ей ключ. — Здесь вы в безопасности".

Она открыла было рот, чтобы сказать что то, но вместо этого выдохнула: "Спасибо".

У меня не было дара, как у Адриан, и я не могла слышать чужие мысли, но у меня появилось четкое ощущение того, что Кристен пряталась от чего то или от кого то.

Глава 4

Ребенок был очень похож на меня, и он был лысым — еще одна черта Тейт. Он был злой, дико махал ложкой и кричал во всю мощь своих легких. Я громко позвала Адриан, но она не пришла ко мне на помощь. Ребенок яростно бил ложкой по подносу на стульчике для кормления.

"Ты это хочешь? — плакала я, поднимая бутылочку. Злой ребенок помотал головой и закричал еще громче. — Это? — я показала ему баночку детского питания. Опять неправильно, вопли становились все громче. Я подняла плюшевого кролика. — Это?" — крики по прежнему усиливались, и в стекле окна появилась трещина.

Я была в отчаянии и открывала каждый шкаф, каждый ящик. Ничто не радовало кричащего ребенка. Он стучал по подносу стульчика до тех пор, пока стул не развалился на две части. Ребенок освободился, сполз на пол и пополз ко мне. Его шаги были прерывистыми, как у монстров в фильмах ужасов. Я пыталась убежать, но мои ноги, казалось, были полны свинца. Я упала на пол и поползла назад, подальше от ребенка монстра, приближающегося ко мне.

"Я понятия не имею, что ты хочешь", — крошечные руки хватали меня за ноги, и я с ужасом наблюдала, как он заползал на меня, хватаясь за рубашку. "Чего ты хочешь", — закричала я.

"Я хочу к маме!"

Я проснулась задыхаясь, и чуть не выпрыгнула из кровати, когда услышала, как Адриан сказала: "Что такое, детка?"

Детка. Это слово снова окунуло меня в холодный пот от воспоминаний о сердитом лице из моего кошмара.

"Плохой сон", — я вздрогнула, когда рука Адриан легла мне на грудь. Она кругами поглаживала меня, пока я не успокоилась.

"Хочешь поговорить об этом", — сонно спросила она.

"Там не о чем говорить, дорогая. Засыпай", — я не хочу анализировать, что означает этот сон.

* * *

"Проснись, любовь моя".

Пальцы Адриан пробежались по моим волосам, массируя кожу на голове. Я открыла один глаз и увидела, что солнце едва поднимается над горизонтом.

"Почему так рано?" — пробормотала я в подушку.

"Это должно стать нашей привычкой. С ребенком, вероятно, придется просыпаться гораздо раньше".

Я открыла оба глаза. Ребенок.

"На самом деле мы должны спать гораздо больше, пока у нас есть такая возможность, потому что нам не удастся нормально уснуть в ближайшие сорок лет".

Адриан усмехнулась.

"Я сделала кофе. Мы можем посидеть на террасе и понаблюдать за восходом солнца".

Этого оказалось достаточно, чтобы заставить меня двигаться. В последнее время возможность побыть с Адриан наедине была очень редкой, а будет еще более редкой, когда сверток… радости прибудет в этот мир. Я натянула шорты и футболку. Адриан налила мне чашку дымящегося кофе и оставила его на барной стойке, чтобы я могла положить туда тонну сливок и сахара, а сама уже вышла на террасу.