И все бы ничего, если бы в рядах этих самых ищеек не работал один тип, которого я мечтала придушить чуть ли не с самой первой встречи.

Максимилиан Шнайдер.

Высокий шатен с неимоверно пронзительными глазами цвета спелой сливы. Еще ни у кого из встреченных мною вампиров, а в ходе работы на этого брата мне пришлось насмотреться в огромном количестве, я не встречала столь фантастического оттенка.

Как и все представители своей расы, Максим был чрезвычайно быстр, силен и ловок. Под тонкой тканью футболки тугими волнами перекатывались мышцы, и даже если бы он не был вампиром, я готова поспорить, что ему ничего бы не стоило в щепки раздробить кому-нибудь череп.

В одежде Шнайдер всегда предпочитал черный цвет и в отличие от нас, полицейских, никакой официальной формы у охотников не было. Разве что вещи должны были быть практичными и удобными, чтобы не стеснять движений.

Легкая щетина и золотистого цвета кожа никак не вязались с тем амплуа, что многочисленные авторы привыкли описывать в своих книгах, и это наводило на мысли, что нам абсолютно ничего не известно об этих существах.

Познакомились мы около года назад, и с тех пор довольно часто сталкиваемся, расследуя дела с участием полуночников. Нашу первую встречу я помню так, словно это было вчера.

Среди двух отделов бытует правило: если первыми на место приезжают наши сотрудники, то и дело ведут тоже они, а если Охотники, то тогда нам приходится мириться с тем, что заправлять всем будут кровопийцы.

Так вот, в ту ночь, приехав по вызову в числе первых, я уже приступила к оформлению дела, когда этот несносный упырь выхватил у меня из рук папку и придирчиво изучил все записи, не забыв внести в них свои пометки. Стоит ли говорить, что первым порывом было надавать этому невозможному субъекту по его наглой физиономии, но потом, немного поразмыслив, решила, что вполне справлюсь без рукоприкладства, тем более, что противопоставить всесильному кровососу мне было нечего.

Видимо, тот инцидент служил проверкой на прочность, так как при повторной встрече бессмертный не переставал пилить меня изучающим взглядом, отчего к концу дня спина чувствовала себя как мишень в тире.

Постоянные подколы и пикировки спустя неделю стали обыденными вещами, и вскоре коллеги начали втихаря делать ставки, кто же победит в следующий раз. Максим оказался настырным малым, и когда преступник был пойман, а дело закрыто - вампир внезапно предложил сходить с ним куда-нибудь.

Ввиду болезненных ошибок прошлого, о которых даже не хочется вспоминать, я раз и навсегда зареклась близко подпускать к себе мужчин: только простое дружеское общение. И естественно, на поступившее предложение в весьма деликатной форме был озвучен категоричный отказ; не хватало мне еще проблем в лице ходячего мертвяка с манией величия, но Шнайдер просто так сдаваться не собирался.

Начиналось все крайне безобидно: во-первых, он перестал ругаться со мной, совсем, а наоборот - держался предельно вежливо и тактично, и если кто-то позволял себе нахамить мне или обратиться в невежливой форме, то удостаивался грозного взгляда аметистовых глаз и звериного оскала, и уж поверьте - посмотреть там было на что.

Чем старше становился вампир, тем длиннее у него вырастали клыки. Максимилиан обладал поистине уникальными экземплярами сантиметра три в длину. Такого богатства не было даже у Старейшины, что частенько мелькал на экранах телевизоров, представляя политику бессмертных, и у меня закралось сомнение, что таких, как Максим, можно пересчитать по пальцам.

Во-вторых, этот неугомонный защитник стал повсюду таскаться за мной. Куда бы я не поехала: на вызов, в магазин или еще куда, везде меня встречала клыкастая улыбка и галантное предложение помощи. Очень скоро мне стало мерещиться, что Шнайдер меня преследует, но доказать это никак не получалось - хитрец всегда находил вполне логичную отговорку своему появлению.

Дальше больше, меня ни с того, ни с сего повысили, причем подобной должности ранее явно не существовала в природе. Следователь по работе с бессмертными. Чую, без одной наглой персоны это дело не обошлось. И на этом список странностей не заканчивался, а продолжал расти и удлиняться.

Сейчас же, когда новое убийство оказалось совершенно полуночником, мое чутье совершенно точно подсказывало, что вскоре наши дорожки с Максимом вновь пересекутся, и мои опасения не преминули оправдаться. За спиной раздался визг тормозов, а журналисты загалдели с удвоенной силой, встречая новую возможность разжиться эксклюзивом. Ну еще бы... показушник!

Выпрямившись, я даже не стала разворачиваться, так как прекрасно знала, какое зрелище в данный момент происходит за моей спиной. Шнайдер любил покрасоваться, и в качестве средства передвижения часто использовал скоростной мотоцикл. Вот и сейчас пресса наблюдала, как высокий мужчина во всем черном паркует своего железного коня у обочины и направляется в нашу сторону.