бабкой – родители матери. Тёма с самого начала выказал самостоятельное отношение к бытию и, придя из армии, отделился, пошёл по жизни своим умом. А вот Андрюха, избалованный стариками, тоже отслужив, поступил в институт на факультет искусствоведения и плотно сел деду с бабкой на шею, ни мало не заботясь о своём будущем, учась кое-как и грезя бредовыми мечтами о большом богатстве. Андрей жил у стариков, кормился и одевался на их пенсию, не смотря на уже

двадцатипятилетний возраст, и Тёма ему предрекал, что ничего путного

в жизни он не добьётся, так и состарится в однокомнатной хрущевке

бездельником-неудачником. Искорка к делу нужна мужику, нельзя

вечно играть в детство. А впрочем, пусть разбираются там без него,

у него своих семейных проблем через голову.

У Ксении в городе родственников не было. Жила в алтайском городе

Бийске тётка с хрычём мужем. В этом году Артём купил новый «Рено»

российской сборки по автокредиту и в этот отпуск они решили навестить алтайских родичей, приехав на своих колесах – Ксении не терпелось похвастаться «взлётом» своего благополучия.

Артём положил трубку, тоже посмотрел на себя в зеркало, потянулся.

–Кто звонил? – спросила жена.

–С работы. Завтра к семи надо подъехать.

–А я должна одна собираться, да! – всплеснула руками Ксения. Она

любила поворчать, и за это Тёма на неё всегда злился.

–У меня отпуск только послезавтра начинается. Лучше покорми попугаев.

Тёма указал на клетку с облезлыми птичками, которых купили ради

дочери, но ухаживать толком не умели, и они постоянно болели, и Тёма

подумывал от них избавиться, их облезлый вид раздражал.

Ксения ушла на кухню.

–Завтра отпашу и всё. Свобода! – Тёма потянулся. – Работающий человек должен раз в год отдыхать и, по возможности, продолжительно…

* * *

Мэрия располагалась у центральной площади, размещаясь в большом четырехэтажном здании, рядом кипел брызгами фонтан, и голубели красавицы ели, замыкал композицию громадный памятник Ленину с протянутой вдаль рукой. Во многих городах России Лениных поснимали с постаментов, стыдливо переместив в скромные парки, здесь же он стоял в первозданной нетронутости. Мэр и губернатор даже любили прихвастнуть – у нас памятников не свергают, область культурная, историю чтит. Это был единственный вопрос, по которому достопочтимый мэр и губернатор имели одинаковую точку зрения, в остальном они ненавидели друг друга, считались врагами и вели непримиримую войну на «уничтожение». Властная система сдерживания и противовесов в действии! Губернатор пытался давить на мэра, но в области город был единственным населенным пунктом за полмиллиона душ населения с насыщенной финансовой и экономической инфраструктурой и, опираясь на такое солидное хозяйство, мэр областного начальника игнорировал. Выражаясь его словами: «Плевал я на губернатора и его директивы!». Долго такая катавасия продолжаться не могла, кто-то должен был победить – или мэр, свергнув губернатора и заняв его место, или губернатор, протолкнув на городских выборах в мэры своего подпевалу.

Мэром города был Сергеев Петр Сергеевич, человек властный, выслужившийся из хозяйственников среднего звена, член «партии власти», на словах либерал, а в глубине души – диктатор. Суровый характер и волчья хватка помогали ему держать город в повиновении и отбивать вялые губернаторские наскоки.

Сергеев «взял» мэрию на выборах, опираясь на собственный капитал, сколоченный в эру славной ельцинской неразберихи, когда он был директором крупного комбината и, через дутые ООО, оформленные на подставных лиц, выкачал в свой карман ни одну сотню миллионов рублей. Конечно, столь наглое хапанье вышло бы будущему мэру боком, не будь у него верного старинного кореша, державшегося в «кремлёвской обойме», и продолжавшего там благополучно прибывать по сей день. Естественно, Сергеев «по дружбе» подпитывал московского друга. Под его могучим крылом он чувствовал себя настолько неуязвимым, что спокойно «взял» городские выборы, а в будущем, считал, сможет перебраться и на областной трон, главное,

чтобы в Кремле посчитали его более надежным, чем нынешний «управляющий». Тогда губернатору Хвостову придёт хана – уж его Сергеев потом дожмёт, благо у Хвостова поддержка в Москве была не такая крутая.

Идея построить дополнительные подземные переходы, на особо людных перекрестках, родилась в мэрии – решили снова нагреть руки, а, заодно, прибавить городу благоустроенности. Коммерческий конкурс на строительство организовали так, что ни одно «чужое» предприятие не смогло подать заявку, а особенно из подпевал губернатора. Обойденный губернатор молча стерпел, и в стане «Сергеевской мафии» все долго самодовольно ухмылялись – губернаторскую партию снова «сделали», а это говорило о незыблемости позиций мэра.

Петр Сергеевич собирался дать последние наставления перед началом

«большого городского проекта», благодаря которому все участники «дела», из городской казны клали на счета «своих» фирм-однодневок хорошие бабки.

Машина Семёна подкатила к мэрии в начале восьмого утра. Перед

главным входом уже расположилось несколько джипов и дорогущий «Мерседес» Гоши.

По-утреннему было прохладно.