Шрифт:
Нэнси Джилман кивнула.
– Постарайтесь не шевелиться во время эксперимента. Расслабьтесь. Не напрягайте мышцы. Думайте только о вопросах и ответах на них. Вы готовы?
– Да.
– Вы удобно сидите?
– Да.
– Вас зовут Нэнси?
– спросил Джаспер бесстрастным тоном.
– Да.
Джаспер подождал секунд десять, а потом задал второй вопрос.
– У вас есть дочь по имени Гламис?
– Да.
– Вы курите?
– Да.
– Вашего мужа зовут Картер Джилман?
– Да.
– Вы знали когда-либо женщину по имени Вера М.Мартель?
– Нет.
– Вы завтракали сегодня утром?
– Да.
– Вас кто-то пытался шантажировать на протяжении последних трех месяцев?
– Нет.
– Вам лично известно, кто убил Веру М.Мартель?
– Нет.
– Вы интересуетесь фотографией?
– Да.
– Вы знакомы с лицом по имени Стивен А. Барлоу?
– Да.
– Вы будете возражать, если я задам вам нескромный личный вопрос, пока включен полиграф, фиксирующий правдивость ваших ответов?
Последовало молчание на несколько секунд, а потом Нэнси ответила:
– Да.
– Очень хорошо, миссис Джилман. Мы отдохнем несколько минут, а потом я повторю эти же вопросы в том же порядке.
Мейсон, следивший за показаниями приборов, которые отражались в зеркале на потолке, удивленно заметил:
– Она говорит правду.
– Если только вранье на стало ее второй натурой, - высказала свое мнение Делла Стрит.
– Но ты только посмотри на ее реакцию! Что стало с приборами, когда Джаспер задал ей последний вопрос! Она...
Мейсон внезапно замолчал.
– В чем дело?
– поинтересовалась Делла Стрит.
– Когда Джаспер спросил ее о дочери, Гламис, она определенно отреагировала. Конечно, возможно, она еще не настроилась на эксперимент или это какая-то своеобразная реакция... Однако, изменились и пульс, и кровяное давление, и дыхание. Она быстро реагирует, и тут что-то произошло... Давайте посмотрим, что будет во второй раз.
Джаспер повторил все вопросы в том же порядке. Нэнси Джилман снова резко отреагировала при произнесении имени Гламис.
Мейсон в задумчивости повернулся к Делле Стрит.
– Он проверит ее еще раз, а нам лучше вернуться в контору. Не исключено, что ей захочется с нами встретиться по окончании эксперимента. Лучше ей не знать, что мы наблюдали за тем, как он проходил.
Пол Дрейк проводил Мейсона и Деллу Стрит до двери.
– Ты думаешь попытаться ее расколоть, Перри?
– поинтересовался детектив.
– Ты теряешь время. Я считаю, что она говорит правду.
– Ее беспокоит что-то, связанное с Гламис.
– Естественно. Гламис - незаконнорожденный ребенок. Хотя Нэнси Джилман и заявляет, что всегда жила так, как хотела, не особо придерживаясь общепринятых правил, она понимает, в какое положение поставила Гламис.
– Может, это объясняет ее реакцию. Может, нет, - кивнул Мейсон.
– Но тут что-то не так. Послушаем, что думает Картман Джаспер. Попроси его зайти ко мне, когда он закончит. Если Нэнси не желает со мной ничего обсуждать, пусть идет домой. Насколько я понял, она торопилась.
Мейсон и Делла Стрит вернулись к себе в контору. Через двадцать минут в дверь постучал Картман Джаспер. Он держал в руке графики, начерченные машиной.
– Что вы думаете?
– поинтересовался Мейсон.
– Она говорит правду - что касается дела. Она не была знакома с Верой Мартель, ее не шантажировали, но она лжет насчет Гламис Барлоу.
– Вы хотите сказать, что Гламис Барлоу - не ее дочь?
– уточнил Мейсон.
– Не знаю. Мне необходимо составить новый список вопросов касательно Гламис и задать их, чтобы докопаться до правды. Но что-то, связанное с Гламис, вызывает эмоциональную реакцию.
– Вам известно, что Гламис - незаконнорожденный ребенок?
– Пол Дрейк сообщил мне, но я не считаю, что это объясняет ее реакцию. Наверное, есть что-то еще. Как только Нэнси Джилман слышит о дочери по имени Гламис Барлоу, она начинает волноваться.
Мейсон нахмурился.
– Предположим, Гламис - не ее дочь?
– произнес вслух адвокат.
– Не исключено, - кивнул Джаспер.
– Прекрасный повод для шантажа, - заметил Мейсон.
15
Мейсон ходил из угла в угол своего кабинета.