– Молодец, - одобрил Мейсон.
– И что потом?

– Ну, потом он долго запинался и мямлил, пока не увеличил сумму до семи с половиной тысяч.

– А вы?

– Я отказался.

– И что дальше?

– Дальше он прямо спросил, не получил ли я от вас каких-нибудь сведений.

– И что вы ему ответили?

– Я сказал ему правду. Я ответил, что да, действительно, я получил определенные сведения от мистера Мейсона и что мистер Мейсон обещал дать мне знать, если обнаружит что-нибудь еще, представляющее для меня интерес в связи с этим делом.

– И что потом?

– Потом Хардвик сказал: "Отлично. Я, правда, считаю, что у мистера Мейсона нет никакого права вмешиваться в это дело. Я думаю, что все случившееся, если говорить прямо, вовсе его, черт побери, не касалось, но, принимая во внимание сложившиеся обстоятельства и тот факт, что он уже вмешался, и поскольку мой клиент хочет поступить справедливо, я предлагаю вам двадцать тысяч долларов. Это максимум того, что мы можем вам предложить. В противном случае мы будем до последнего отстаивать тот факт, что речь идет о добросовестном заблуждении и мистер Эддикс искренне полагал, что сведения, сообщенные им, соответствуют действительности".

– И как вы поступили?
– спросил Мейсон.

– Я ухватился обеими руками за это предложение, - сказал Этна.
– Я ответил, что мы принимаем его.

– Разумно, - одобрил Мейсон.
– Я думаю, что Хардвик скорее всего говорил вам правду и это было действительно их окончательное решение.

– Я тоже так прикинул. Ведь с точки зрения закона здесь действительно еще долго нужно разбираться. Возникает множество вопросов - о его искренности, отсутствии или наличии злого умысла, о том, является ли это добросовестным заблуждением, и много еще чего.

– Да, но как вы сами мне сказали прошлой ночью, раскрыв передо мной все карты, - возразил Мейсон, - когда мультимиллионер, купающийся в деньгах и имеющий возможность удовлетворить любую свою прихоть, опускается до того, чтобы лично преследовать женщину, зарабатывающую свой хлеб трудом и пытающуюся найти хоть какое-то место... Ну, вы же сами знаете, как на это посмотрят присяжные.

– Я, конечно, знаю, а главное, что и Хардвик знает. Я полагаю, что мог бы добиться большей компенсации по приговору Суда, но они вполне могли подать апелляцию, дело передали бы в новый Суд и... в конце концов, нас удовлетворили двадцать тысяч долларов. Верно, Джозефина?

Миссис Кемптон улыбнулась своей терпеливой усталой улыбкой, но смотрела она при этом на Мейсона, а не на своего адвоката.

– Вполне, вполне удовлетворили, - согласилась она.

– Я полагаю, вам нужно знать, - сказал Этна, - что я выставил Джозефине счет на пять тысяч долларов, а пятнадцать остались ей.

– Отлично, - одобрил Мейсон.

– И из этих пятнадцати тысяч некоторую сумму я хочу выплатить вам, сказала миссис Кемптон.
– По-моему, я просто должна это сделать. Если бы не вы, мистер Мейсон...

Мейсон покачал головой.

– Но вы ведь много работали, занимаясь этим делом. Вы копались в дневниках, и благодаря вашей догадке...

– Нет, нет, садитесь, пожалуйста, - сказал ей Мейсон.
– Давайте-ка сразу перейдем на неофициальный и дружеский тон. Мне не нужно ни цента ни от кого из вас. Я рад, что вам удалось заключить выгодное соглашение. Я полагаю, что это заслуга вашего юриста. Я согласен с мистером Этной, что хотя вы и могли рассчитывать на большее по вердикту присяжных, но если уж вы привлекли бы Эддикса к суду, он сражался бы до последнего - вплоть до самых высших судебных инстанций. В конце концов, он больше всего боялся оказаться высмеянным в прессе - как богач, не дающий зарабатывать на жизнь простой женщине.

– Я тоже так подумал, - сказал Этна.

– А теперь, - продолжал Мейсон, - и вы можете кое-что сделать для меня, миссис Кемптон.

– Все, что угодно.

– Мне нужно узнать все, что только возможно, об Элен Кэдмас.

– Ну, в общем, она была немного... я не знаю, как это выразить словами...

– Ничего, рассказывайте, как сумеете. Если я правильно понял, она была немного странной?

– В ее жизни была какая-то страшная сердечная драма, я в этом уверена.

– Вы долго работали с ней вместе?

– По-моему, около двух лет.

– И вас уволили довольно скоро после того, как она исчезла?

– Через два дня.

– Было ли ваше увольнение хоть каким-то образом связано с Элен Кздмас или ее исчезновением?

Миссис Кемптон покачала головой:

– Он выгнал меня за воровство.

– Постарайтесь хорошенько вспомнить, - сказал Мейсон, - давайте-ка попробуем пояснить этот вопрос. В конце концов, было ли случайным стечением обстоятельств то, что...

– Нет, - сказала она, - мистер Эддикс был просто ужасно потрясен тем, что произошло с Элен. Мне кажется, он был влюблен в нее. И еще мне кажется, что...