Все повернулись к девушке, сидевшей в углу избы-читальне рядом с обнимающей ее мамой Зоей. Марья заговорила впервые за несколько часов. Она не участвовала в обсуждении, казалось не слышала о чем рассказывал Журбин-пришелица, не вносила предложений — коих было множество! — но ее слова поставили большую точку в обсуждениях.

И с девушкой никто не посмел спорить. Она имела право забыть о том, что натворили ее руки.

Все молча смотрели на Марью. Зоя крепко-крепко сжала пальцами плечо дочери, умоляющее глядела на мужа. Борис Завьялов (да и все прочие) понял, что Зоя останется с дочерью, какое бы решение не приняли ее муж и сын.

— А знаете, — неожиданно, с непонятным облегчением заговорил брат Марьи, — я бы не отказался от хорошей лаборатории и парочки помощников для экспериментов и расчетов… Надоело, знаете ли, коллайдер на коленке мастерить, — усмехнулся хроно-личность. — Журбин, как думаешь, ты сможешь договориться с потомками, чтобы меня чуть-чуть п о д т е р л и, а? Не хотелось бы, чтобы память полностью стирали, в ней есть кое-какие интересные задумки.

Прежде чем серьезно задумавшийся над непростым вопросом Журбин успел ответить, с сыном заговорил отец:

— Вань, а ты хорошо подумал? — нахмурился Борис.

Иван пожал плечами и спросил пришелицу:

— Миранда, ты вроде бы говорила, что помимо изобретения устройства интеллектуальной телепортации, я много чего наизобретать успею. Да?

На лице Арсения появился мимический знак Хорн, пришелица кивнула:

— Да. Тебя и Марью ждет судьба великих ученых.

— И тогда чего мне бегать?! — Иван Завьялов встал с лавочки, где сидел рядом молчаливой Тамарой. — Чего мне свистопляску-то устраивать?! Меня ждет лаборатория, помощники… Нобелевская премия…

— Тебя ждет стертая память! — перебивая, выкрикнул отец.

— Ну это если Сенька с этими засранцами не договориться, — Иван улыбаясь, развел руками. — Но ты ведь договоришься с ними, Сеня? Им нужен мой и Машкин генетический материал, курочить мои мозги им — невыгодно.

— Ты хочешь забыть все, что с тобой было?! Ты потеряешь личность, сын! Начнешь жизнь с чистого листа!

— Нет, — став совершенно серьезным ответил Ванька. — В моей голове — сокровище, батя. Научное. И оно мне дорого. У Машки тоже, надо сказать, идей — громадьё.

Завьялов беспомощно поглядел на Арсения-Миранду.

Заговорил Журбин:

— Я попытаюсь. Постараюсь. Смит, как думаешь, это возможно?

— Да. Если все Завьяловы согласятся на постоянный контроль департамента, их подставят на предназначенные хроно-личностям места и история сама собой вернется на круги своя.

— Ну, сейчас ты нам можешь пообещать все что угодно, — недоверчиво фыркнул Борис. — А потом сотрете нас к чертовой матери…

— Даже если это так, то я готова! — обнимая бледную дочь, воскликнула Зоя.

Смит встал в центр большой комнаты, заполненной людьми и поднял вверх руки:

— Погодите, погодите… Я ничего не обещаю, я лишь ответил на поставленный вопрос — да, это возможно. Мы, то есть ваши потомки, господа, крайне заинтересованы в разрешении ситуации. И у вас есть козырь — Журбин вошел в контакт с н а ш и м и потомками и энергетическими существами. Если вы воспользуетесь этим небывалым преимуществом, правительство и департамент пойдут на взаимные уступки! Пусть у меня и не хватает полномочий принимать подобные решения, но думаю, что у Арсения получится надавить. Если конечно он подберет грамотную тактику…

Журбин легонько дотронулся до головы носителя агента… Смит не лукавил. Он сам попал в ощип и понимал, что в случае неудачи Того Кого Не Может Быть погибнет сам. Его потомки настроены решительно, дай им волю — уничтожат всех агентов-предков.

Арсений поглядел на бледного отца, зажимающего рану на боку…

Как странно все получилось… Вытаскивая маму от Извекова, Арсений думал, как отец разрулит ситуацию с двумя женщинами: Ирмой, вместе с которой прожил последние годы в любви и согласии, и мамой в которую когда-то был влюблен безумно?.. Кого он выберет и как?

Мучительная ситуация для всех троих. Маме нужна помощь и поддержка, Ирма благородная и чуткая женщина. Отец… у него сердце разрывалось, когда он думал о находящейся в заложниках матери его единственного сына!

Ситуация разрулилась сама собой. Фатально. Батя потерял обеих женщин. И он пойдет с Арсением, куда бы тот не отправился.

«Миранда. Ты как, отправишься в свое время или останешься нами? Жюли, как я уверен, вернется домой, ее дети ждут и Иннокентий».

«Вернусь к себе, Журбин. Ты подкинул моим современникам головоломную задачку, там тоже станет интересно. Ох как интересно, просто руки чешутся!»