Тамара-Иная медленно развернулась. Подошла к скованному мужчине и, присев перед ним на корточки, потрогала оковы. Потрясла их…

— У тебя нет ключей? — догадался Журбин. — Говори. Отвечай.

— Ключи у Серафимы.

Паршиво.

— Развяжи веревку на моих ногах.

Девушка покорно начала возиться с затейливым узлом. Запуталась, в заторможенном состоянии возилась долго. Но наконец расправилась с завязкой.

— Сколько закрытых в лагере?

— Одиннадцать человек.

— Сколько уехало с Платоном.

— Двое.

— Когда они вернуться?

— Вечером.

Журбин придал конкретики:

— Платон уехал в область или в райцентр?

— В райцентр.

Тоже не слишком хорошо. Обернется — быстро.

— Который сейчас час?

Тамара наморщила лоб, пошевелила губами…

— Половина третьего. Без пятнадцати…

— Он уже звонил, сказал, что возвращается?

— Наверное.

— На связи Серафима?

— Да.

Многозначащий факт. Доверия в команде нет. Или Платон не знает, как подействует на напарницу тело с разбуженным в иной параллели интеллектом?.. Оружия у Тамары-Антипода нет, ключи от наручников у охранника, на связи «старая курица»…

Но автомат есть у охранника, стоявшего возле палатки.

— Обрисуй мне дислокацию, — приказал Арсений Антиподу. — Скажи мне, где стоят посты, кто чем вооружен…

Девушка рапортовала как сомнамбула. Журбину предстояло решить — сможет ли он убивать?

Наставница просила этого не делать. Если Арсений попадется департаменту, с ним, как с человеком проявившим доказанную агрессию поступят — кардинально.

Но что делать? Оглушить охранника, связать и оставить за спиной — авось не очнется, не выкатится из палатки и не даст сигнал своим?

Нет, так нельзя. Охранника нужно устранить наверняка, а не сопли разводить. Самооборона не безусловная враждебность, а способ выживания. В департаменте не знают о существовании портала, послужит ли реальная опасность для цивилизаций д в у х миров, оправданием агрессии?..

Журбин невольно усмехнулся. Даже размышляя над действительно серьезной, жизненной дилеммой, он подменял слова — «убийство» заменял «агрессий» и «самообороной». Он понимал, что прежде чем начать атаку, надо для себя решить — смогу иль не сумею?!

Иначе руки дрогнут. Подведут в самый ответственный момент.

«Я д о л ж е н, — сказал себе Журбин. — Если решимости не придает ответственность за жизнь друзей, отца, Тамары…, подумай высокопарно — о многомилионных цивилизациях двух параллелей».

И положа руку на сердце, Арсений не ответил бы, на сколько он лукавит, оставляя в памяти эдакий ключик, — отпиравший вседозволенность, — для возможного ментального обследования мозголомов департамента. Подействует ли его беспокойство «о миллионах жизней» оправдательным вердиктом? Он попросту решил: будь что будет, пай мальчиков среди бандитов из шайки Силкина — нет, и приказал Тамаре-Антиподу:

— Позови сюда охранника, — встал сбоку от полотняной двери палатки. Приготовился к у н и ч т о ж е н и ю п р о т и в н и к а.

— Архип, — послушно позвала девушка, — зайди.

— Громче! Прикажи! — зашипел Киреев-Журбин.

— Архип, зайди!

Потолок палатки, служившей эдаким командным пунктом, был весьма высок. Но дверная прорезь проходила ниже роста человека. Чтобы войти в палатку, высокорослому закрытому пришлось наклониться и пригнуться…

Прижавшийся к полотняной стенке Киреев-Журбин накинулся сзади, взял его голову в локтевой захват и одним резким — не отточенным, а многократно увиденным у Миранды движением! сломал Архипу шею.

Потом полностью втащил уже мертвого охранника в палатку. Дверной полог захлопнулся.

«Ну вот и — ВСЕ… Печально, но обратного пути мне уже нет», — слегка отстраненно подумал парень. Обыскал карманы мертвеца. Нашел там ключ от наручников и открыл «браслеты». Обнаружил спутниковый телефон и взял его себе.

Порядок. Автомат на боевом взводе. Есть отлично сбалансированный нож. Если Иная верно обрисовала ситуацию, то основная часть закрытых — спит, готовится к ночной р а б о т е. Бдит только верная как старый пес Серафима да еще парочка извековцев в охранении. Один у машин, другой за оврагом наблюдает. В машинах есть гранаты — РГО и Ф-1, ручной пулемет РПК, гранатомет РШГ-2 — таким машину Платона встретить, мало не покажется!

«Ты что — идиот, Журбин?! В войнушку захотелось поиграть?!»

Арсению показалось, что в голове Киреева взорвался привычно отрезвляющий вопль наставницы.

«Извеков едет в теле, которое должно достаться твоей Тамаре!»

Журбин опомнился. По самому что ни на есть гамбургскому счету, единственное что сейчас от него потребуется, это выйти живым из лагеря. Если выйдет — он у ж е выиграл.

— Где телепорт, Тамара?

— У Платона.

— Разумеется. Но должен быть еще один в запасе. В лагере. Где хранится устройство, Тамара?