– Это только начало, моя дорогая герцогиня Адорно. Прошу!

Слуги развернули манекен. Костюм для поездки в открытой карете был прекрасен. Темно-бордовый. А… шляпка! Шляпка была сказочно хороша! На полях сидел крошечный золотой дракончик – точная копия Смерти.

– Айк! Спасибо… А я могу взять Смерть с собой?

– Я уже думал об этом, но нет. По регламенту не положено. Не волнуйтесь, Хелен. Я за ней присмотрю.

– А вы…?

– О, нет. Я не поеду. Переодевайтесь! У нас мало времени.

Когда все было готово, Хелен обняла Смерть последний раз и попрощалась с Айком. Портной заверил, что все получилось как нельзя лучше, костюм сидит великолепно, шляпка – прелесть, прическа – в тренде, а вместе со Смертью все это смотрится настолько шикарно, что он обязательно напишет ее портрет с золотым драконом!

– Спасибо! Спасибо, Айк!

– Идите, герцогиня! Кареты уже поданы. Вас ждут, - Айк нырнул в шутовском поклоне (поверьте, ни одна придворная дама не смогла бы сделать его настолько изящно!)

У парадного входа толпились девушки в костюмах и шляпках. Элеонора в отчаянно-розовом, с двумя дракончиками на огромных полях широченной шляпы, Лиллиан в изумрудном (вокруг ее шляпки изящно свернулась змея, блестя драгоценными камнями). Одна из девушек была в очень элегантном кремовом наряде - на ее шляпке цвели чайные розы.

У Хелен разбегались глаза – так много фасонов! А шляпки… Она никогда не видела такого разнообразия.

Мраморная лестница дворца превратилась в цветущий сад!

Ниже, у ворот, стояли двадцать пять открытых карет. Бархатные сиденья, золотая бахрома, королевский вензель на дверцах. Крошечные золотые колокольчики вплетены в гривы лошадей, гирлянды из ивовых веток украшают сбруи, пажи в золотых ливреях готовятся сопровождать процессию.

Где уж тут девушке заметить серого невзрачного человека, не сводящего с нее глаз!

Герцог Скалигерри смотрел только на нее. На герцогиню Адорно. Затянутая в корсет она была еще тоньше, чем обычно, темно-бордовый цвет шел ее коже… А как он шел ее золотым волосам! С вплетенными алыми прядями и кокетливо приколотой к прическе шляпке Хелен была элегантна и обворожительна настолько, что герцог еле сдерживался от идеи украсть ее прямо сейчас и… и будь что будет!

Скалигерри нахмурился. Нет, формально придворный портной не нарушил этикета. Цвет королевского двора – светлее, также совсем другой оттенок у золота. И все же подобное сочетание – намек на то, что герцогиня Адорно – фаворитка его высочества. А это ему не нравилось. Ох, как не нравилось…

Герцогиня Скалигерри стояла возле ее величества. На шляпке статс-дамы покоилась довольно внушительная композиция из черных лилий, из украшений – лишь маленькая серебряная брошь. Не заметить ее среди всего этого великолепия цветов и оттенков было сложно, и королевский секретарь решительно направился к родительнице.

– Ваше величество, - поклонился герцог королеве. – Вы обворожительны.

– Спасибо. Хотя мне кажется, можно было бы и скромнее. Но Айк не терпит критики, – королева улыбнулась.

Ее голубое платье с золотыми рыбками на шляпке было расшито действительно по-королевски.

– Могу сказать лишь «Браво, Айк!», ваше величество, - вновь поклонился секретарь.

– Спасибо, друг мой. Скалигерри! Оставим комплименты. Я надеюсь на вас! Его величество не должен нарушать предписания лекаря. Его состояние… Ну, вы же понимаете?!

– Да, ваше величество, - герцог поклонился как можно ниже, пряча честные глаза.

А что прикажете делать, если дал слово королю раздобыть то, что можно есть, как только уедет королева, а королеве – следить за диетой мужа вплоть до ее возвращения? Вот вы сами… Как бы поступили? А? То-то же…

– А где его высочество? – статс-дама вопросительно посмотрела на сына.

– Его высочество не ставил меня в известность относительно своих планов на сегодня. – Скалигерри поклонился, делая матушке слегка заметный знак отойти в сторону – им надо поговорить.

Герцогиня едва заметно кивнула и что-то прошептала королеве, поклонившись.

– Разумеется, - со вздохом кивнула королева. – Я очень надеюсь, что в планы принца Патрика входит посещение вернисажа под открытым небом… Очень, очень на это надеюсь!

Однако буквально минуту спустя к королеве подбежал паж, и надежды ее разбились волной о каменные скалы. Сын просил его простить. Дела, связанные с организацией скачек, которые он взял на себя в связи с болезнью его величества, требуют постоянного личного присутствия. Он глубоко сожалеет о том, что не сможет посетить…