Направо? Или налево? Которая дорога ведет к Федуеву? Которая — к Алисе? Если стоять лицом на восток, то направо, а если, наоборот, на запад, то значит налево. Так как стоять? «На восток» или «на запад»? Вечный российский выбор…

Вдруг спелые колоски зашевелились, и над колышущейся нивой возникла лохматая голова. Тоже как в сказке — «откуда ни возьмись»!

— Запутались? — поинтересовалась голова.

— Точно! — подтвердила Светлова.

— Тут все останавливаются! — порадовалась голова. — Вы грибочков не хотите?

— Каких еще грибочков?

— Сушеных. Белые, подберезовики. А хотите маринованных, в баночке?

Домашний засол!

Лохматый мужик раздвинул колоски, за которыми скрывался, и Светлова увидела на примятой ниве расстеленную клееночку, а на ней некие домашнего вида припасы, снедь. Связки сушеных грибов, банки.

— Ага, грибочков, — с сомнением покачала Анна головой, чтобы на тот свет отправиться поскорее… Ну вас, с вашим засолом! А откуда это тут у вас?

Вы вообще откуда тут возникли, скатерть-самобранка?

— Да нет, я не самобранка, — возразил мужик, — я тут торгую…

— Бизнес, значит?

— Верно. Здесь всегда все останавливаются — и стоят, гадают, куда повернуть.

— А ты им, значит, впариваешь свои… баночки?

— Угу! Хорошее место для торговли — никаких конкурентов! — Лохматый обвел взглядом бескрайние просторы.

— А если указатель поставят?

— Тогда бизнесу конец — все проскакивать будут!

— Может, он и стоял тут, этот указатель? Да ты его — того?

Голова застенчиво промолчала.

— Так куда мне поворачивать? — поинтересовалась, взглянув на часы, Светлова. — Мне Алиса Кочкарева нужна.

— К Алисе Викентьевне — направо, а к Феликсу Ивановичу налево, — вежливо пояснила голова.

Светлова уже отъехала и вдруг резко притормозила.

— Слушай-ка…

Аня остановилась и достала из машины фотографию.

— А ты тут, на своем перекрестке, случайно когда-нибудь не видел вот этого молодого человека?

— А давно он тут был? — уточнила голова.

— Давно, — вздохнула Аня. — С год, наверное.

— Вот как оно…

— Даже больше года…

— Да разве такое упомнишь?.. — Лохматый почесал в затылке.

— Жаль… — Светлова снова включила двигатель.

— Все-таки вроде я его видел…

— Подумай!

— Точно, кажется, он! А может, не он?

— Так как же, запомнил ты его или нет?

— А он у меня грибков не купил! Я таких запоминаю… А может, все же купил?..

— Ну так как — купил или не купил?

— Да, я, кажется, рассердился и не правильно ему подсказал.

— То есть?

— Да он хотел вроде бы к Феликсу Ивановичу попасть, а я ему показал поворот к Алисе Викентьевне… А может, и наоборот: он хотел к Алисе Викентьевне, а я…

— Вот как? Мало того, что памяти нет, так еще и вредный? Ну, да ладно, давай свои… поганки, — вздохнула Светлова. — Куплю! И говори, который поворот к Алисе Викентьевне? Только не ври! А то ведь я вернусь…

— Ну, если вернетесь… — загадочно напутствовал Светлову лохматый, пересчитывая деньги. — Тогда, конечно…

Знакомство с зеленоглазой, в высшей степени привлекательной блондинкой происходило под аккомпанемент непрерывного, невыносимого — до звона в ушах — тявканья ее крошечного той-терьера.

— Господи, какой маленький! — наконец не выдержала этой пытки Светлова.

— А как лает! Как же его зовут?

— Фудзияма, — объяснила Алиса.

— Как?

— Ну, вулкан такой в Японии!

— Ах, вот что…

Крошка, оскалившись, взорвался таким немыслимым лаем, что Светлова внутренне согласилась: имя вулкана вполне малютке подходит.

— Как же мне вас с Феликсом Ивановичем познакомить? — Алиса задумчиво оглядела Светлову. — Дело в том, что отношения-то у нас с Федуевым не очень…

Если я просто приведу подружку на чаек… не поверит!

— Не поверит?

— Нет.

— А как же быть?

— Вот что… Сделаем так… Будто вы покупательница, а он, будто как сосед мне так надоел, что я продаю вам свой дом! Это почти похоже на правду.

— Вы думаете? — засомневалась Аня. Но блондинка Алиса была видно не из тех, кто выслушивает возражения.