г. Вязьма. Штаб 16-ой армии.

Ночью Рокоссовскому позвонил Сталин. Дежурный по штабу с испуганным лицом растолкал командарма в четвертом часу утра.

Сталин ровным бесстрастным голосом поздоровался и попросил доложить обстановку на фронте. Рокоссовский сразу оговорился, что всей полнотой информации не обладает, поэтому высказал предположения, основанные на косвенных признаках. Сталин помолчал. По-видимому, у него оставалась надежда, что не все так плохо. После паузы он поинтересовался, какими силами располагает штаб 16-ой армии и что планирует предпринять в данной обстановке. Рокоссовский доложил. Сталин снова замолчал, что-то решая про себя. После паузы он проинформировал генерала, что под Москвой складывается катастрофическая ситуация, Государственный Комитет Обороны и Генштаб Красной Армии принимает все меры, чтобы ликвидировать опасность столице, но очень многое зависит от того, сможет ли и насколько Красная Армия задержать врага под Вязьмой. Есть мнение подчинить все отступающие к Вязьме войска Рокоссовскому и он хотел бы знать - сможет ли товарищ Рокоссовский оправдать доверие партии, правительства и советского народа. Рокоссовский заявил, что сделает все, что в его силах и сверх того, чтобы быть достойным такого доверия - если и не разбить гитлеровцев под Вязьмой, то заставить их заплатить большой кровью за этот город. Сталин поблагодарил его и, напоследок, сказал, что приказ о наделении командарма -16 всеми необходимыми полномочиями будет подписан сегодня же и он верит, что товарищ Рокоссовский, как настоящий коммунист и командир Красной Армии, выполнит свой долг.

Рокоссовский держал еще некоторое время замолкшую трубку возле уха, пока не убедился, что разговор окончен. Вытерев платком вспотевший лоб, сел за стол. Сон пропал, и генерал, развернув карту, углубился в нее, пытаясь просчитать шаги противника, когда он наткнется на позиции его немногочисленных войск. Точнее, он прикидывал с какой стороны немцы предпочтут обойди его заслоны, потому что сплошной линии обороны у его войск во многих местах не было. И куда отправить полки 50-ой стрелковой дивизии и 700 -го противотанкового полка, которые должны были по расчетам штаба прибыть в Вязьму утром 6-го числа.

Автоколонна с полками 50-ой дивизии, полком ПТО прибыла около 10 часов утра. Командование дивизии и артполка сразу были направлены в штаб армии, где им была поставлена задача, а полки в сопровождении командиров штаба армии сразу двинулись на рубежи обороны. Эта дивизия, усиленная полком ПТО, должна была занять и оборонять рубеж н.п. Пищиково - Высокое шириной 8 км по прямой. Еще ранее, туда же был отправлен 471-ый КАП, прибывший в Вязьму в 6 утра. Таким образом, Рокоссовский закрыл брешь между сводной группой, оборонявшейся в районе Хмелита - Семеновское и группой, занявшей оборону слева - справа от дороги Вязьма - Сычевка.

87-ой пограничный полк, усиленный зенитным дивизионом, оборонял рубеж прикрытый противотанковым рвом на участке дорога Вязьма - Холм -Жирки - искл. Пищиково шириной около 8км. Западнее на рубеже от большака Вязьма - Холм - Жирки до речушки Червенка тоже за противотанковым рвом занимал оборону полк 248-ой дивизии. В районе Марьино - Дробыши -Шубинка располагался резерв, состоявший из 143-ей танковой бригады и формируемых подразделений из отходящих в район Хмелиты частей. Командовал этой сводной группой силой до дивизии командир 87-го полка. Теперь его правый фланг должна была прикрыть 50-ая дивизия.

На северном направлении уже окопались части 220-ой и 18-ой дивизий, 16-го погранполка. Командование этой группой Рокоссовский оставил за подполковником Верещагиным - командиром полка пограничников, считая, что комдиву-18 нужно придти в себя после сокрушительного поражения дивизии. Запасному полку утром командарм приказал совершить тридцати километровый марш и занять оборону северо-восточнее Вязьмы на рубеже Подъелки - Федоровское - Максимково. Туда же был отправлен истребительный батальон комсомольцев Вязьмы и один зенитный дивизион. Командовать этим участком был назначен комендант Вязьмы генерал-майор Никитин. Бывший комендант, так как с расквартированием в городе штаба 16-ой армии вопросы комендантской службы перешли в ведение штаба.

252-ой пограничный полк полковника Тишаева за двое суток по численности уже походил на дивизию. На позиции полка вышло около шести тысяч бойцов и командиров. Шли по одиночке, группами и целыми подразделениями. Все из частей Резервного Фронта. Тяжелое вооружение отсутствовало, тем не менее, из бойцов и командиров было сформированы подразделения двух полков. Для организации и управления этими частями штаб армии выделил несколько командиров. Называться эти войска стали Южной сводной группой. Пограничники и один из вновь сформированных полков готовились обороняться на рубеже Давыдково - Кузнецово - Островки - Тетерино - Цинеево шириной 12 километров. Второй свежесформированный полк занимал очаговую оборону опорными пунктами на рубеже в 12 километров от правого берега реки Вороновки в районе Красино и далее по левому берегу Угры до Станино - Дмитровка - Жулино. Этот полк закрывал собой разрыв между позицией на большаке Вязьма- Знаменка и оборонительным рубежом 29- ой дивизии на реке Жижала.

Все части на своих участках обороны активно занимались минированием предполья и танкодоступных направлений. С обеспечением минами и боеприпасами проблем не было. Приказ Рокоссовского о разгрузке всех эшелонов, идущих через Вязьму, в окрестностях города, выполнялся. И ввиду того, что наступление немцев началось четыре дня назад, как раз пошли эшелоны с заказанными в первые дни боеприпасами. Номенклатура была широчайшей - от патронов к стрелковому оружию до артиллерийских снарядов калибра 203мм и реактивных снарядов для "Катюш". Все сгружалось на грунт и при первой же возможности вывозилось в части. Опять же - в распоряжение штаба армии оказался автотранспорт, перевозивший одномоментно три стрелковых полка и подразделения усиления. Поэтому проблем с доставкой боеприпасов не было.

Примерно в полдень с разницей в один час поступили доклады с участков обороны в районе Хмелиты и на реке Жижала о боестолкновениях с моторизованной разведкой немцев. Немцы, напоровшись на оборону на большаках и понеся потери, последовательно начали прощупывать дороги и местность слева и справа от главного направления. По докладам Рокоссовский сделал вывод о подходе к рубежам обороны передовых отрядов войск противника численностью до усиленного батальона. Это значило, что к вечеру подойдут основные силы врага. Вспомнив информацию Цанавы, которая только что подтвердилась временем появления немецкой разведки, Рокоссовский мог с уверенностью назвать номера немецких танковых дивизий, которые завтра утром будут атаковать его войска. Генерал надеялся, что завтрашний день его войска смогут продержаться на занятых рубежах. И еще он рассчитывал на подход 229-ой, 73-ей стрелковых дивизий, артполка РГК и дивизиона реактивных минометов.