Я шла и думала о том, что произошло ночью.

Стоило голове коснуться набитой пахнущими травами подушки, как вновь послышался странный механический звук, словно звон старого будильника. Я уже тогда понимала, что это значит, но противиться не было сил. Открыв глаза и сев, удостоверилась в своей правоте. Моё тело осталось на том месте, где я его пристроила после ужина.

Находиться в доме было до ужаса неприятно, будто что-то давило на плечи, наседало. И я прошла сквозь деревянную дверь, игнорируя огромную щеколду, спустилась по ступенькам вниз с крыльца и вышла на дорогу.

Город спал. Фиолетовый лунный свет с трудом пробивался через пушистые чёрные облака, плывшие в сторону замка, который напоминал огромную двузубую вилку своими башнями.

Не знаю, сколько я блуждала по городу. Мне не встретился ни один мирный житель, лишь по соседним улицам время от времени проходили патрули с факелами и псами. Но ни люди, ни животные мной не заинтересовались. Значит, я была права: никто не видит меня в таком состоянии. Поправочка. Никто, кроме котокроля, встреченного в поле между лесом дриад и городом людей.

На самом деле довольно символичной вышла та встреча. Ведь, по словам Каты, аратэхи владели сразу и созидательной, и разрушительной магией. Они были уникальны в этом плане. А встретила я их представителя как раз между «городами» созидательных и разрушительных народов.

Хотя я все больше склоняюсь к мысли, что все это реакция моего сознания на смену обстановки. Что-то наподобие защитного механизма.

За размышлениями и воспоминаниями я не заметила, как приблизилась к статуе Героя. Солнце спряталось за облаками. Скульптура, казалось, соткана из молочно-белого материала, а никак не из стекла.

– Любуешься, голубонька, - послышался откуда-то снизу голос, больше похожий на карканье.

– Да, - заворожённо отозвалась я и лишь потом встрепенулась и опустила взгляд.

Рядом со мной стояла маленькая сухонькая женщина с длинным носом и жёлтым, как пергаментная бумага, лицом.

– Не местная?
– уточнила она, ощупывая меня взглядом впалых бесцветных глаз.

– Что-то вроде того, - размыто ответила я ей, вновь переводя взгляд на статую Героя.

– Конечно, не местная, - причмокивая, ответила она на свой вопрос, будто не услышав меня.
– Нечасто Фэатурнд приходит на турнир, чтобы узнать в лицо нового Героя.

Меня словно током ударило. Я вздрогнула и силой воли оторвала взгляд от статуи. Хотелось расспросить старушку, узнать, откуда она знает о моем новом звании. Но рядом никого не оказалось. Более того, вся площадь вокруг скульптуры оказалась пустой. Не было мило прогуливающихся за ручку стариков, не спешили женщины с корзинками на рынок, не цокали копытами, запряжённые в повозки и кареты, лошади. Пусто и тихо. Я так явственно представила фигуру в тёмном балахоне, стоящую позади, что стало не по себе.

Аккуратно обернувшись и убедившись в том, что никто мне в спину ледяным дыханием не пышет, опустила глаза к земле и потопала в сторону замка. Я только сейчас заметила, что площадь устлана большими чёрными камнями. Они казались идеально ровными и блестели в скудных лучах солнца, которое и не думало показываться из-за облаков.

Взгляд не подняла до тех пор, пока округа не наполнилась шумом людей. Кто-то говорил, кто-то кричал и ругался. Но сейчас мне было необходимо оказаться среди таких же существ, как я. Почему-то произошедшее на площади у статуи не шло у меня из головы. Вроде бы ничего такого, но жуть пробирала ледяными пальцами до самого сердца. А мне как будущему медику известно, что любой инородный предмет, дотронувшийся до сердца, может привести к летальному исходу.

А дорога все поднималась вверх, дома становились все вычурнее и богаче. У меня складывалось впечатление, что попала я в один из элитных районов столицы своего мира. Люди тут ходили в пышных нарядах, шляпках и пользовались зонтиками или веерами.

Мне в джинсах и блузке среди них было слегка неуютно. Но я с каждым шагом напоминала себе, что ищу путь домой и именно за этим направляюсь вот к тому серому гиганту на холме. Меня провожали странными взглядами и смешками, но я, сцепив зубы, шла дальше, стараясь не влезть в очередное приключение.

Город закончился у глубокого рва, шириной как среднестатистическая автомагистраль Китая. Если в ров ухнет самолёт, неведомо как оказавшийся в этом мире, никто и не заметит. Через эту канаву, наполненную светящимся белым дымом, был перекинут каменный широкий мост.

Собравшись с духом, я ступила на него и медленно пошла в сторону открытого проёма в стене. Над ним угадывались железные зубья решётки, которая в случае чего с лязгом опускалась вниз, преграждая путь. Я до того отчётливо услышала звон цепей, приводящих механизм в действие, что вновь стало не по себе.