Я тянула время. Почему-то вспомнились фильмы, где злодеи долго-долго рассуждают о вечном, а потом получают пулю в лоб и помирают на месте. Было только одно «но»: у меня не было с собой пистолета.

Родственница фей хмыкнула:

– Капля логики в твоих словах есть, Фэатурнд. Вот только вряд ли тебе удастся узнать все то, что тебя интересует. Видишь ли, в твоё тело введён очень сильный токсин. Скоро ты перестанешь чувствовать руки и ноги, потом двигать глазными яблоками, язык перестанет тебе подчиняться. Последним перестанет сокращаться сердце. Ты умрёшь мучительной смертью. Потому тебе стоит позавидовать той дриаде, которой принадлежал этот артефакт до тебя.

– В каком смысле позавидовать?
– я почувствовала, как холодеют ладони.

Вполне возможно, что это просто кровь отхлынула вниз из-за моей весьма неудобной позы.

Ласа устало вздохнула и щёлкнула пальцами.

Цепи пришли в движение, начали медленно поднимать меня вверх, выкручивая плечевые суставы до хруста, а потом повернули лицом к другой части комнаты, которая до этого была позади.

С этого ракурса помещение оказалось жилым. Возле стены стоял длинный стол из светлого дерева, накрытый тёмной материей, над ним висела огромная карта, нарисованная на пожелтевшей бумаге, а по бокам из стены торчали два факела.

Хотя основной свет шёл от магической сферы, зависшей теперь чуть повыше моего лица.

Сестра Олана медленно подошла к столу и оперлась о него спиной:

– Ну раз ты так хочешь поговорить со мной в последние минуты своей жизни, то кто я такая, чтобы тебе в этом отказывать. Хочешь знать, почему стоит завидовать той дриаде? Все очень просто. Она умерла более спокойной смертью.

Стоп! Что? Она только что сказала, что женщина, которой я собиралась передать силу Фэатурнд, мертва? Я ведь могла узнать об этом раньше, если бы у Олана все получилось! Удача подвела.

– Ты выглядишь такой удивлённой, - хмыкнула он, - разве мой братец тебе об этом не сообщил? Вчера ведь активировался амулет поиска.

– У него не получилось, - я почему-то начала выгораживать чародея.

– Все у него получилось, - махнула рукой девушка, - видимо, солгал тебе, чтобы не ранить. Ты ведь так держалась за эту мысль!

– Откуда ты знаешь?
– звучание голоса было похоже на рык.

– Мне не впервой проникать в поместье Олана в миниатюрной ипостаси.

Стало быть, эта бабина в силах стать мухой. Шикарно. И сколько раз она подслушивала наши с остроухим магом разговоры? И почему на неё не реагировал Заг? Ведь когда она принесла письмо Олану, а ведь это она выступила в роли почтальона, этот монстр нас чуть не порвал. Хотя...может он на фей не реагирует, а только на людей? Если Ласа принимала тогда полноценный человеческий облик, тогда это все объясняет. Вот только зачем? Блин, а Олан, вообще, знает, что его сестрёнка шляется по его дому?

– Тогда, может быть, ты соизволишь объяснить, каким членистоногим с клешнями этот браслет оказался в моем мире?

Ласа вздохнула так, будто бы я попросила объяснить, почему мы видим траву зеленой, а небо голубым.

– Видишь ли, я хоть и на половину из созидательных, но владею разрушительной магией, так же как и Олан, - начала она настолько издалека, что мне показалось, девушка специально тянула время.
– И я не хотела возвращения Тартелии.

А вот это поворот! Какое дело, вообще, разрушительной до богини созидательных?

Пока Ласа говорила, я оценивала обстановку, пытаясь придумать план побега. Но в голову совершенно ничего не лезло. А мириться с тем, что я помру тут от какого-то там яда, жутко не хотелось. Катонька, милая, почувствуй же ты, что я в опасности. Олан вряд ли в этом замешан. Ты знаешь к кому бежать, сестра.

– Я хотела продолжения войны, - ответила она на мой немой вопрос.
– Видишь ли, мой отец был одним из полководцев армии людей, а мать перешла на нашу сторону и отреклась от своей силы, став простым человеком. И потому я выследила одну из семидесяти пяти и внушила ей, что за ней охотятся. Она поверила почти сразу, а потом манипулировать ею не составляло никакого труда.

Вот же сука! Зло ради зла. Я никогда не верила в истинных злодеев, думала, что у всех есть свои мотивы, которые в состоянии оправдать даже самые ужасные действия, а оказалось, что я ошибалась.

– У Лифна был когда-то прекрасный артефакт, который мог строить мосты меж мирами, - эти слова заставили меня вздрогнуть.
– Только не умирай раньше времени, - хохотнула Ласа, - ведь этот артефакт все время был у Олана под носом, вот только он не знал ничегошеньки об его предназначении. А когда появилась в его доме ты, то мне пришлось пробраться и украсть его, заменив на подделку. Ненавидишь моего братца?

Я проигнорировала последний вопрос, сжав зубы. Значит, Заг и впрямь тогда сошёл с ума не просто так. Видимо, именно в тот раз эта сука вынесла вещь, которая могла вернуть меня в мой мир. Но как? Как чародей не мог знать о ней? Почему? Ведь удача сопутствовала мне!

– Но ты спросила о браслете, - притворно прикрыла Ласа глаза, - потому вернёмся к этой части истории. Ох и наговорюсь я за сегодня, милая Фэатурнд, и все благодаря тебе. Тогда я ещё училась у Лифна и потому могла пользоваться артефактами без разрешения. Хотя знаешь, даже сам чародей не знал истинных сил предмета, что сделал. Он думал, что с помощью него сможет перемещаться в любую точку мира. Но ошибся. С помощью него можно перемещаться в любой мир, но жаль, что всего один раз.