— Что-то помимо того «ничего», что ты озвучил? — Со скепсисом поинтересовалась я.

— Я не стану говорить Хоботу, что ты считаешь его «ничем»… — Обиженно пробурчал парень, потягивая из трубочки кока-колу.

Это прозвучало так умилительно, что я еле сдержала улыбку, оставив серьезное выражение лица:

— Окей. Здорово, что ты решил поделиться фактами своей биографии. Но это все уместно для первого-второго свидания, знаешь ли. У нас не та ситуация, где я буду умиляться твоей откровенности.

— Хорошо, тогда задай правильные вопросы, мисс Непреклонность.

— И ты ответишь? — Принимая поражение, спросила я. Иначе играть в «100 и 1» факт из жизни Арчибальда мы могли до утра.

— Да. — Произнес парень без колебаний.

— Уверен, что не пожалеешь?

Темно-карие глаза, блестящие в темноте, вновь нашли мои, заставляя сглотнуть:

— В отношении тебя я жалею только о том, что допустил все это. — Вкрадчиво произнес брюнет. — И если есть хоть какой-то шанс исправить положение, я им воспользуюсь. Лишь, надеюсь, что ты сама не пожалеешь…

— Ладно. — Выдохнула я, после небольшой паузы. Хотя на самом деле мне хотелось взять очень длительный тайм-аут и разложить все по полкам. — Ладно. Когда ты меня в первый раз увидел?

Хант задумался на мгновение:

— Больше года назад, весной.

Я пару раз моргнула, пытаясь переварить ответ:

— Шутишь?

Он отрицательно покачал головой:

— Ками прислала ваше фото.

— И что подумал? — Спросила я с неожиданно жадным интересом. Действительно, что видел Хант во мне до того, как наши жизни перевернулись?

— Это было фото из школьной столовой. Вы сидели за столом перед подносами с едой, в одинаковой форме… Когда Ками прислала мне фото, я показал его другу, Дэну, и он пошутил что-то про горячих школьниц в униформе.

— Я спросила, что ты подумал, а не твой друг.

Хант посмотрел на меня и его глаза заскользили по моему лицу, вычерчивая каждую черточку: скулы, изгиб носа, разрез глаз. Он снова делал это. Он снова вбирал меня в себя. Как ему удавалось? В месте, переполненном людьми, создавать ощущение, что вокруг нет никого. Только я и он.

— Я подумал, что безумно хочу тебя… — Слово «хочу» губы парня произнесли с таким нажимом, что я сильнее впилась руками в свой стакан, не в силах оторвать от него взгляда. Затем на его губах возникла косая улыбка: — Сфотографировать.

Я уже говорила, что он тот еще гад? Такую светлую мысль не грех и повторить. Он гад.

— А в жизни? Когда ты приехал на остров. — Сохраняя невозмутимость, я поощрила парня к продолжению истории.

— Впервые я увидел тебя на пробежке в марте. — Почувствовав мое недоумение, он кивнул: — Да, я приехал на остров задолго до нашей встречи.

— Отлично, ты еще и чертов сталкер?!

Хант развел руками:

— Я всего лишь основательно подхожу к делу. К любому. — Я «съела» это объяснение, а англичанин продолжал: — Когда я увидел тебя, бегущую в наушниках и не замечающую ничего вокруг, то жутко захотел тебя убить прямо там. Мне понадобилась вся сила воли, чтобы сохранить самообладание. Не уверен, но кажется, в голове действительно пронёсся сценарий с тем, как ты падаешь с Моста Самоубийц. Я чувствовал такую злость… Ты не представляешь. — Арчи провел ладонью по своему лицу, будто стирая с него наваждение.

У меня же по коже пробежали мурашки. Я не сомневалась, что парень не врет. Теперь нет. И это было страшно.

— Оу. Откровенно. — Выдавила я из вновь пересохшего горла.

— Я же говорил, что ты разочаруешься в истории. — Хмуро отозвался парень.

— И каков был план «Б»?

— «Б»?

— Ну, если в варианте «А» меня показывали по местным новостям, как утопленницу Светлой реки. — Пояснила я, выуживая из памяти название бурной речки, протекающей прямо под Мостом Самоубийц.

— …Если кратко, то ты должна была разочароваться во всем. В родителях, во мне, в мире. Знаешь, как говорят: чем выше поднялся, тем больнее падать. Я хотел влезть к тебе в душу, выпотрошить ее, забрать тебя на самый верх, а потом сбросить в низ.

— А! Так у тебя все получилось? Что же, поздравляю. — Пытаясь за ядом в голосе скрыть противную горечь своих слов произнесла я.

— Увы. Все пошло не по сценарию.

— Надеюсь, ты не рассчитываешь, что я тебя пожалею? — Не в силах сдержать злость спросила я.