— Мне понятно ваше волнение. Какой финал может быть без битвы наших титанов, верно?

Он ткнул пальцем в первую строчку на доске, где мелом было выведено: «Король»:

— Король против Хантера! Поверьте, я сам хочу это увидеть… Тем более, что наш Король никому не уступал лидерство уже больше месяца. — Теперь ведущий бросил взгляд на высокого парня из той самой стайки, которую взглядом хотела уничтожить Аманда. Раздалась новая порция криков и аплодисментов, на что парень отреагировал парой поклонов, посылаемых в разные стороны. — Но! — Мужчина вскинул палец вверх. — Есть одно «но». Все это время с нами не было Хантера, верно?

Одобрение толпы, крики, в которых я слышала местное прозвище парня, сидящего рядом со мной. Грейсон тоже услышал это и приложил ладонь к уху, как рупор. Толпа поняла, что он хочет и крики превратились в скандирование:

— Хантер, Хантер, Хантер, Хантер! — Кричали одни.

— Король, Король, Король, Король! — Противопоставляли им другие.

«Жесть, жесть, жесть, жесть!» — Вопило мое сознание, добавляя: «Может, свалим, пока не поздно?».

— О да, это именно то, о чем я говорю! Но, к сожалению для некоторых из нас… — Толпа замерла, слушая Грейсона, изобразившего разочарование, которое в секунду сменилось широкой улыбкой: — Например, для фанатов Короля, сегодня у него есть конкурент! И это — ХАНТЕР!

Имя, точнее, прозвище, прилипшее к Арчи, громом прокатилось по ночному клубу, как будто снежная лавина сошла со скалы, чтобы обрушиться на нас. Эффект был такой же. Они, черт возьми, боготворили его! Как весь мир — Майкла Джексона!

— Так что, мы обнуляем результаты?! — Снова заорал Грейсон в микрофон, будто то, что они итак усиливает его голос многократно — недостаточно.

— Да-а-а-а-а! — Крикнули ему сотни людей.

Диджей увеличил громкость играющего трека и Грейсон, резко развернувшись, окатил доску из шланга, под одобрительный гул. Меловые буквы стали сереть, пока от них и вовсе не осталось воспоминания.

Я посмотрела на того самого Короля — главного конкурента Арчи в-чем-бы-то-ни-было. Он не мигая смотрела на то, как его имя исчезает с турнирной таблице под струей воды. Имя, стоявшее первым.

Было в парне нечто пугающее. Он явно был выше Арчи на пол головы минимум, волосы тоже темные, но больше отдающие в коричневый. Одет в джинсы и кожаную куртку. Вроде, ничего не обычного. Но все же…

— Ну, с этим разобрались! Теперь к правилам. Если вдруг, кто-то из вас посмел прийти сюда в первый раз, объясняю правила. — Ох, спасибо, друг! — Наши кандидаты получат очередной фант. Задание, которое моя очаровательная Черити достанет из нашего ящика. Что будет этим фантом? Соблазнить и привести сюда, на наш суд, одну из жен богатеев острова? — Грейсон со скромным видом пожал плечами. — А может, надрать зад кому-нибудь из парней с Голд-стрит? Или разгромить вечеринку? А может, что посерьезнее этих детских шалостей? Я не знаю. И вы не узнаете, пока не начнется игра. Но то, что это будет интересно, рискованно и утрет нос Южной стороне — это мы вам обещаем!

Я сидела в полном ступоре и не могла оторвать глаз от Грейсона. Вот почему Лукас хотел надеть на меня кепку. Если меня тут узнают… Черт, да они все тут ненавидят нас! ВСЕ! И что это за фанты такие?! Вряд ли участникам выпадает задание «три раза прокричать ку-ка-ре-ку»…

– И раз уж у нас изменения в участниках, вы можете делать ваши ставки до конца игры. Внимание, поменять их можно лишь один раз! Так что думайте вашими головами, честное слово, на кону бешеные «бабки» в конце концов!

— Я поставила на тебя свои чаевые. — Сказала рыжая Арчи, доставая из пачки новую сигарету, на что Лукас посмотрел с явным неодобрением.

— Ты так высоко меня ценишь… — Улыбнулся Хант.

— Ну, а что получат наши победители, помимо вечной славы? — Продолжал накалять атмосферу Грейсон, надрывая свои голосовые связки как в последний раз. — Конечно же, это новые, хрустящие, пахнущие, как мамино молочко… Сто тысяч долларов! Цена нашего сезона сто тысяч долларов!

— Вау. И вы, ребята, жалуетесь на бедность? — Не выдержала я, поворачиваясь к компании.

Ответил мне словоохотливый Лукас:

— На бедность у нас никто не жалуется. А вот на самоуправство — да. «Игры в фанты» затеяли те, кто что-то потерял из-за Южной стороны. Или ты думаешь, что все эти слухи и байки о нашей вражде родились на пустом месте? И здесь действительно живут одни наркоманы и преступники? — Я молча смотрела на парня, на его лице отразилась печаль. — О. Ты и правда так думаешь? Здесь живут мои родители. И поверь, единственный вид наркотика, который использует мама — мак в булочках. Они у нее просто шикарные.

В подтверждение своих слов парень поцеловал кончики пальцев, пробормотав что-то в роде «bellissimo*». Я улыбнулась ему, но чувство, будто я паршивая овца в стаде не покидало меня. Что и говорить, я даже не хотела поворачиваться в сторону Арчи. «Игры затеяли те, кто что-то потерял из-за Южной стороны»… Или кого-то. Не удивительно, что Хант стал своим в этом кругу.

— И все-таки, откуда такие деньги?

— Сейчас конец сезона, ты же слышала. Деньги собирали с начала сезона. Раньше все участвовали просто так, «на интерес», так сказать. — Терпеливо ответил мне Лукас, потирая лоб. — К слову есть ставки онлайн, они идут от ваших Южных богатеев. Тех, кто следит за пиратскими сайтами «Фантов».

— А теперь, список кандидатов… Зет! Барлоу! Азия! Блондин! — Грейсон произносил прозвища тех, кто решил эту ночь провести не в постели, люди в зале встречали их овациями.

Некоторые компании реагировали особенно бурно, и было понятно, где стоит тот или иной персонаж. Так, я смогла заметить парня по кличке Зет — мускулистый мулат с полностью выбритой головой, и Блондина, которого друзья сразу стали хлопать по плечам, подбадривая. Наверное, доза поддержки ему была нужна, по сравнению с Зетом, или даже Хантом, он выглядел как одуванчик: белые волосы, голубые глаза и кожа, такая, что мне стало стыдно за свою и захотелось спросить марку его крема. Но внешность, определенно, бывает обманчива.