— О, правда? И что же?

Он указал головой в сторону стеллажей и зашевелил бровями.

— Мы уже вечность не бывали там. Может, пришло время выяснить самим, что за чары там скрываются, хм?

Я наклонилась к нему.

— Мне кажется это замечательным планом, спартанец.

Логан рассмеялся, и я обошла стойку. Вместе и всё ещё смеясь, мы направились к стеллажам. Мы почти добрались до них, когда случилось неизбежное — и я услышала, как со скрипом открылась дверь в офис.

— Гвендолин! — крикнул Никамедис. — Куда ты собралась? Эти книги сами не уберутся на место!

Я оглянулась через плечо. Библиотекарь помахал мне и снова исчез в офисе. Я вновь повернулась к Логану и взяла его за руку.

— Пойдём, — сказала я. — Нам сюда.

— А что с книгами? — спросил он. — И Никамедисом?

— Он может подождать, — ответила я. — Точно так же, как я ждала тебя — и всё это.

Логан нахмурился, потому что не понял, что я имею в виду. Поэтому я ухватилась крепче за его руку и использовала психометрию, чтобы показать воспоминания, связанные с шарфом моей мамы, который бабушка подарила мне в тот день, когда проводился бал в честь Святого Валентина и который лежал теперь аккуратно сложенный в моей сумке. Затем выбрала те сцены и чувства — как хорошие, так и плохие — связанные с цепочкой, обхватывающей мою шею и образующей впереди снежнику. Это он подарил мне её на Рождество.

Все эти воспоминания я показала Логану. Все бои, в которых мы участвовали, всех врагов, с которыми столкнулись, всю боль, которую перенесли. Но наиболее ясно я показала ему свою любовь и все мои надежды о нашем будущем — общем будущем.

Логан с пониманием вздохнул, и я отпустила воспоминания.

— Вот, что я ждала, — прошептала я, когда смотрела в его голубые глаза.

— Я тоже, — прошептал он в ответ.

Я размышляла о книге, рассказывающей о моей жизни, которую показала мне Сигюн. И наконец, поняла, почему некоторые страницы были пустыми. Теперь я была готова заполнить их новыми воспоминаниями — воспоминаниями о всём том опыте, который я обрету с Логаном и друзьями на протяжение следующих лет.

— Ну же, спартанец, — подразнила я, — пойдём уже. Если только ты не изменил своего мнения и больше не хочешь остаться со мной наедине.

Логан улыбнулся этой медленной, сексуальной улыбкой, которую я так любила и благодаря которой у меня в сердце всегда взрывалось тёплое, покалывающее чувство.

— Никогда в жизни, Цыганочка. Только не с тобой.

— Хорошо.

С ухмылкой я затащила Логана в тень стеллажей и прижалась губами к его губам, готовая начать следующую главу своей жизни в мифакадемии.

Главу, которую я буду писать сама.