Хлопок двери в холле отвлёк меня от размышлений, а появившееся на периферии чувств ощущение приближающейся невесты, заставило улыбнуться. На ловца и зверь бежит.

Впрочем, начинать серьёзный разговор сразу я не хотел. В конце концов, я уже три дня не имел возможности побыть с Олей наедине! Так что, сначала ужин, потом "свободное время", а уж потом…

Ворвавшаяся в гостиную, суженая тут же оказалась у меня в объятиях и мысль об ужине как-то сама по себе решила уйти… не попрощавшись. И если бы не появившаяся в комнате следом за Ольгой, Раиса, "свободное" время для нас началось бы прямо сейчас. Но чтобы будущая супруга Валентина Эдуардовича и повар от бога оставила обитателей её дома голодными? Пф, скорее наступит конец света!

А за столом нас уже дожидался сам хозяин дома и неведомо когда вернувшийся с прогулки Леонид, тут же принявшийся сверлить меня недовольным взглядом. Ну да, конечно, Машенька в очередной раз нажаловалась своему кавалеру на "ужасно злого и требовательного садиста-учителя". Сейчас меня будут пилить.

— Даже не вздумай, Лёнь. — Опередил я младшего Бестужева, усаживаясь за стол рядом с Олей. — У неё и так нагрузки вдвое меньше, чем у тебя. Это, во-первых, а во-вторых, если твою разлюбезную Вербицкую не устраивает учёба под моим началом, она всегда может от неё отказаться. О последствиях я её предупреждал… и передай своей подзащитной, что если она ещё раз попытается действовать через третьих лиц, о тех самых последствиях я предупрежу и тебя.

— А что за последствия? — Тут же поинтересовалась Ольга.

— Мария знает. — Вот ещё, стану я сдавать свои козыри… тем более, такие! Мне ещё жить хочется.

— Ну, Кирилл… — Протянула было невеста, но её остановил внимательный и не обещающий ничего хорошего взгляд отца, единственного непричастного человека, знающего о том самом предупреждении.

— Оставь, дочка. Это только их дело.

Но когда подобные взгляды останавливали мою шебутную невесту? Итогом стало продолжение допроса после ужина. А я ведь так хотел заняться чем-то другим, эх! Придётся переносить "свободное время" и немедленно менять тему разговора, забалтывая невесту, пока она не опомнилась. К тому же… нам действительно есть о чём поговорить.

— Оля, объясни мне, идиоту, откуда у Рюминых такой интерес к гражданским комплексам? — Вздохнул я, тряхнув папкой с договором. — Мы ведь предполагали, что такие монстры производства, как их верфи и Гром-завод, будут совершенно индифферентны к подобной "возне в песочнице". Где мы просчитались?

— Не мы, а ты, милый. — Устало улыбнулась Оля, вытянувшись на диване и удобно устроив свою головку у меня на коленях. Услышав моё сопение, она протянула руку и, ласково погладив меня по щеке, договорила. — Ну, не дуйся, а то лопнешь!

— Издеваешься? — Хмыкнул я.

— Чуть-чуть. — Лениво кивнула Ольга. — На самом деле, могу тебя успокоить. "Большим дядькам" действительно не интересен этот проект. Не те объёмы и "выхлоп" будет слишком мал, а вот для таких людей, как Капа Рюмина, это возможность. Свой проект, абсолютно лояльный родовому делу, расширяющий номенклатуру производства и увеличивающий его гибкость, да ещё и не требующий серьёзных вложений… это прямой путь наверх. А Капа девочка умная, и прекрасно это понимает. Одно "но". Правление не выделит средств на такое производство и не позволит использовать собственных людей для разработки и постройки таких игрушек, а искать исполнителей на стороне, дело долгое и муторное.

— И это всё? — Удивился я.

— Тебе мало? Тогда добавлю, Капа намекнула, что искать сотрудничества с нами, то есть, со мной, если быть точной, ей посоветовала одна хорошая подруга, жаловавшаяся на то, что её любимый младший брат, повёрнутый на технике вообще и тактических комплексах в частности, своими сожалениями о несчастном случае, из-за которого такой интересный проект повис на волоске, прожужжал уши всей семье.

— Вот так новости. — Я замер. — А фамилия у этой "хорошей подруги" есть?

— Догадливый. Есть, конечно, но их род традиционно ею не пользуется. — Довольно произнесла Ольга. М-да, в России есть только один такой род, представители которого даже в сказках Гербового приказа числятся не иначе как по имени-отчеству, да личному прозвищу, если таковое было. А что, их и так все знают и ни с кем не перепутают. В конце концов, с начала письменной истории государства, правящая династия не менялась.

— Ну, цесаревич… ну… — Я вздохнул и, справившись с накатившими эмоциями, договорил. — Осталось разобраться, почему он подвёл именно Рюмину…

— Кирилл, не тупи, пожалуйста! — Откликнулась Ольга. — В стране всего два концерна занимающихся производством тактических комплексов. Гром-завод и Рюминские верфи, помнишь? Царской семье просто не нужно сближение и, соответственно, усиление Громовых и Бестужевых.

— А наше предстоящее бракосочетание, как будто, этому не поспособствует. — Фыркнул я, но тут же осёкся. — Стоп. Ничего не говори. Я понял.

— Что именно? — Поинтересовалась Оля.

— Я ведь не имею отношения к Громовым, по крайней мере, официального, так? К тому же, сейчас, я опричник, а значит, никаких политических дивидендов род Бестужевых от нашего союза не получит.