– У всех стоит метка на одном из нападающих, – сказал я союзникам, – сейчас применяем все классовые скиллы, которые могут нанести хороший урон. Наша задача –быстро вывести его из игры. Возможно, получится.

– Получится, – кивнул Серенький, – он не элитник. Только с меня толка будет немного, под урон сильный не заточен. Будет лучше, если я отвлеку.

– Добро. Ну что, на счет три?

Выглядело это не сказать чтобы странно, но как минимум неожиданно. Неприятель, минуту назад еще трусливо прятавшийся, вдруг сорвался с места, уходя в сторону. Не просто побежал, а помчался, как человек, вспомнивший о невыключенной дома конфорке. Понятно, что атакующие растерялись. Я бы сам здорово смутился. К чести моих недоброжелателей, они опомнились быстро. Но секундной паузы нам хватило.

Первый тройной выстрел они откровенно прозевали. А зря, залп вышел отменным, лично я вложил в него Прицельный выстрел, об удачности которого мне сразу отрапортовала Дита.

Получен талант Бронебойность, уровень 11.

Получен уникальный талант Снайпер, уровень 6.

Уж не знаю, какая там защита была у неприятеля, раз уж за него дали Бронебойность, но нашу атаку он выдержал. Да, сделал пару шагов назад и припал на колено, но умирать явно не собирался. Даже перевел прицел с убегающего Серенького в нашу сторону. Но теперь уж поздно было отступать, тем более вторая стрела почти сама легла на тетиву.

Повторный залп вышел пожиже. Антидот, несмотря на ранение, в скорости атаки мне не уступил, а вот Юдоль не успела. Она лишь коротко вскрикнула, сбитая с ног метким выстрелом, и теперь как боевик не годилась. Хорошо хоть не умерла. А вот случившееся в следующее мгновение превратилось в некий сумбур. Для начала я поздравил себя, потому что Дита бодро отрапортовала о локальном успехе.

Игрок Саншай убит.

Осталось убить 1 игрока.

Игрок Серенький убит.

Состязание «Все против всех» закончено.

– Дорогие зрители, у нас есть восемь таоков, которые сразятся друг с другом в следующем состязании. Это будет командное соревнование, название которому «Красные и Синие».

Ага, прям как таблетки от Морфиуса. Но больше всего меня интересовало другое, как отреагируют «Берсеркеры» на концовку этапа? Я даже от греха снова укрылся. Но судя по ругани в стане врага, они больше были заняты выяснением, почему меня, такого идиота, не удалось убить. А там уж и драманы-турнирщики подошли. Антидота подняли на ноги, а вот Юдоль пришлось взять на руки. Да уж, команда «Немощь». Сам был не лучше, весь бок залило кровью, поэтому без стеснения оперся на подставленное плечо неписи.

– Кристина, – представилась Юдоль, когда я добрел до фонтана. Она уже успела умыться и восстановить здоровье.

– Кирилл. Он же Крил, – скрипнул я зубами, расстегивая куртку.

– Да мы в курсе.

– Меня зовут Шарль, – чуть поклонился Антидот и тут же скривился, стрела из груди никуда не делась, – к вашим услугам.

– Не Перро, случаем? – поднял голову я от развороченной раны.

– Нет, Вилар, – удивился Шарль.

– Ты с французом лучше не шути. Он и так половину не понимает, трудности перевода, – сказала Юдоль, – лучше скажи, дальше что?

– Как я понял, командные соревнования, – рана мгновенно затянулась, и надел куртку обратно, – стенка на стенку.

– Причем здесь стенка? – Не понял Антидот.

– Это образное выражение, – сказала ему Юдоль, – четверо против четверых.

– Да, и у нас незавидное положение. Их осталось четыре человека, как раз сформированная команда. И трое из них – элитники. Видели, как валун раскололи? Это Крегер, такой противный, со злобным лицом. Балтер тоже не простой, у него какие-то воздушные клинки.

– «Лезвия ветра», – сказал Антидот.

– Может быть. Последний не знаю чем славится, но думаю, тоже что-нибудь нам приготовил. А нам в команду дадут нуба. То есть, можно сразу его списывать.

Мы замолчали, потому что в этот момент подошел турнирщик с деревянной кадкой. Он молча оглядел нас, видимо, убедился, что мы восстановились, после чего зачерпнул синюю краску и вымазал ею наши плечи. Ага, видно, это и есть принадлежность одной команды. После чего жестом показал следовать за собой.

– Эх, хоть водички волшебной надо было с собой набрать, – сказал я, шагая по длинному коридору.

– Это магический источник, действует лишь в точке создания и то определенное время, – ответила Юдоль.

– Жизнь – боль.

– О, я знаю, что значит это выражение, – оживился Антидот, – мне объясняли.

– Не то тебе рассказывают русские друзья, ох не то.

– Ждите здесь, – сказал драман, – сейчас придет еще один член команды «Синих».

Мы оказались в том же самом коридоре, в котором и начинали свое знакомство с ареной. Значит, там за поворотом уже решетки и выход наружу.