Шрифт:
Как эта пазуха тоща,
Все ребрышки наперечет —
Что у конька мopcкoгo!
А все ж — всю Русь-святу несет
За пазухой…
— Христовой. [58]
Понастучавшись, не при чем,
(У нас в России — всем! [59] )
С пустым мешком и животом,
Вдоль прободенных стен…
Кусочка хлеба не дадут —
А завтра жизнь отдашь
За них! Терпи, терпи, верблюд!
58
Многоточие, тире и перерыв строки — моя последняя проверка и окончательное утверждение.
И вот, двадцать лет спустя, повторяю: Христос на Руси в тот час укрывался за пазухой добровольца. Весь Христос — за тощей пазухой добровольца. Так было — и так будет — благодаря этим двум моим строкам. МЦ. Париж, 17 сентября 1938 г.
59
То есть: всем дают (NB! последнее) (Примеч. М. Цветаевой.)
Молчи, молчи, Сиваш!
Звени, звени, чертополох!
…Добро бы — на бобах,
И не несолоно, а ох
Как солоно…
— бабах! —
Взрыв! Врассыпную, как горох!
Как с граху — воробки!
По городам переполох,
Ребята — в городки
Играют.
(Почвеннее нас
Растите, крепче нас!)
Последний двор. (В последний раз,
Конь!) — «Есть кто?» — «Се — ей — час»!
— За продовольствием. — Поесть?
— Нет, с валу, значит… — Что-с?
— …за продовольствием: чт'o есть —
Коль есть чт'o… — Разве — слёз
Вам, господин поручик? Шью,
Бьюсь, корочке раба…
— Не подаяния прошу:
Плач'y.
— Рады бы — да —
Когда самим-то негде взять!
Две: день сказать и ночь?
С глазами плакальщицы — мать,
И песенницы—дочь.
Глядит: не с неба ли с конем
К нам перекочевал?
Сей — за свининой? за пшеном—
Сей? Ну и кашевар!
Такому б п'o душу грешн'y
Встать — в жизни смертный час!
— Тогда прощения прошу.
— И мы (вдова) — и нас —
Дитя… Откуда-то — востер
Клинок! — крик лебедин.
Последний двор, за ним простор.
— Постойте, господин
Поручик! (Вольная у чувств
Речь, раз сирень цветет!)
И целый сук, и целый куст,
Сад целый, целый сот
Сирени — конному в загар,
В холст бело-лебедин.
Последний двор (посильный дар)…
— Прощайте, господин
Поручик!
Не до женских глаз.
Лазорь — полынь — кремень…
И даже не оборотясь,
Коню скормил сирень.
БРУСИЛОВ
Не то чайки, не то с'oколы —
Стали гости к нам залетывать.
— Отколь, стайка? Куда, аистова? —
…Прямо н'a голову сваливаться.
Кидай заступ! хватай птах!
— «Перешел границу лях!»
Криком через всю страницу:
— «Враг переступил границу!
Всем, кто сердцем не застыл,
Зов: не ударяйте в тыл —
Родине! одних — питомцы —
Нив! Свои люди — сочтемся!
Что за пря через плетень?
Лях: единая мишень
Для единого прицела,
Добровольцы! Офицеры
Русские! Смиривши контр-
Страсти — все на польский фронт!»
Море трав,
По ним — вихрь:
— Прав-то — прав:
Лях-то — лих!
Бури взмах
По лесам:
— Враг не лях:
Комиссар!
Спасибо, Брусилов, за лесть и честь!
Но Бог упаси нас! Доколе есть
Кровь в жилах — и слезы у матерей! —
Умрем — не забудем у тех дверей
Час за часом, за часом час
Ожиданья. — Идет? — Отказ.
Вся молодость края тебя в вожди!
Как мы тебя ждали — так ты пожди!
Казенного зданья и дождь, и дрожь…
Как мы тебя ждали — так ты пождешь:
Не дождешься — как лбами вниз —
Мы Вожата не дождались. [60]
Не принял командованья над той
Дружиною! «Банды» — ведь т'aк братвой
Советскою прозваны за труды?
Зачем же бандитов в свои ряды
Призываешь? За что, бр’т, бьюсь?
Ведь и звука-то нету — Русь! [61]
60
NB! Вож'aта вместо Вожатого. (М. б. неоправданный) славянизм. Но мне нужно было именно это слово — и звук. (Примеч. М. Цветаевой.)
61
Это говорит не доброволец, а сказал бы доброволец если бы им быть перестал (перешел). (Примеч. М. Цветаевой.)