Стройная, незнакомая девушка с огромными синими глазами и болезненно белым цветом кожи, седевшая по левую руку от Октавиана, по-видимому, и была военным трофеем той войны, а не сестрой молодого паренька, как поначалу подумал Лирий. Доминатус полностью не видел рук прекрасной особы, но подметил, что левая рука девушки была немного отстранена от своего тела в сторону сидящего рядом с ней светловолосого парня - сына Октавиана.

Князь Домината мысленно усмехнулся. Действительно, как он мог забыть кто эти молодые люди? Не нужно обладать большим чутьем, чтобы понять, что этот парень приходится старшим сыном, а по совместительству является наследником Октавиана Цитория. Похожие черты лица, та же осанка и тот же надменный взгляд. Для полного сходства ему не хватало золотого веночка на голове, тогда бы он стал точной копией отца. Мальчик с детства привык к золотому горшку. Безусловно, если бы Доминатус лично участвовал в многочисленных светских мероприятиях, которые без конца устраивали другие князья, то познакомился бы с молодыми людьми ранее.

Оставив сладкую парочку, Лирий перевел свой взгляд к другому гостю.

Зий Флорий Второй носил маленькие усики. Крепкий, поджарый Зий смотрел прямо в глаза Лирию. Этот коротко стриженый шатен, с большим сломанным носом, как и все флорийцы, был хорошим бойцом. Зий сидел в белой хлопковой рубахе, с вышитым витиеватым золотистым узором. Рубленый шрам, протянувшийся от мочки уха до кадыка, украшал лицо война.

Он присутствовал вместо своего, пораженного детской болезнью отца - Зия Первого. Он уже много лет не узнает родных домочадцев и нуждается в постоянном стороннем уходе. Его место, как и подобает в таких случаях традициям, занял старший сын.

Доминатус глубоко сожалел, что у него так и не получилось, переманить флорийцев на свою сторону в противоборстве со змеями. Флорийцы в отличие от циторцев не умели идти по чужим головам для достижения своих целей. Гордые и прямолинейные они считали войну благородным делом и придерживались своих кодексов чести. Однако война оказалась грязным делом. В этот раз рыцарские принципы дали слабину перед вражеским коварством.

Слепота Зиев перед дворцовыми заговорами обернулась предательством их западных маркизов. Циторцы потратили десятилетия на то, чтобы в нужный момент половина княжества в одночасье предала своего князя. Ситуацию усугубили посредственные дипломаты, которые в начале войны не смогли скоординировать действия трусливых союзников. Слабая поддержка собственной знати и народа, плохая логистика и маленькое войско, также сыграли на руку циторцам.

Почти ровесник Лирия Зий Второй продолжал буравить его взглядом. Нервно сглатывая слюну, он молча смотрел на князя Домината. По-видимому, он что-то хотел сказать Доминутусу, но не мог набраться для этого решимости. Зий резко отвел взгляд и судорожно сорвал белый платок, что частично закрывал его обезображенное шрамом горло. Бывшая до этого момента ко всему безучастной сестра Зия с испугом посмотрела на своего брата. Циторцы же по-своему расценили эмоциональный жест Флория, лишь увеличив оскал своих хищных улыбок.

"Нервный какой. Если это было бы что-то серьезное, то он бы предупредил меня заранее, а если хочет сказать в присутствии остальных, то тогда это сущий пустяк - рассудил Лирий - "Но он и это не решается сказать. Не зря их герб бутон розы. Ох, не зря... Их князь и есть настоящий цветочек, хоть и со шрамами".

Далее за столом сидел сорокалетний горец Кир Дау. Черные короткие волосы сильно кудрявились у него на голове. Жители его края отличались не только повышенной волосатостью, но и горбатостью носов. Коренастые дау заняли северные предгорные территории сразу же после освоения предками плато. Их земли были богаты месторождениями металлосодержащих руд, световых кристаллов и каменного угля.

Малое количество пахотных земель подтолкнуло горцев занять нишу шахтеров и металлургов. Вступив в союз с южанами флорийцами, дау рассчитывали устранить с их помощью своих давних конкурентов - западного соседа Лукка.

Хоть горцы и были малочисленными, но их стойкие и прекрасно вооруженные воины под защитой перекрывающих горные перевалы стен замков могли справиться с любым врагом. Золото и алмазы, огромные месторождения известняка и мрамора, стали основой богатства предгорного княжества. Они считались первоклассными зодчими, чьими услугами пользовалась вся Некротия. Практически все дау проживали в высокогорных, выполненных из камня городах, заложенных возле крупных месторождений того или иного полезного металла.

Белый молот украшал рукава синего камзола Кира Дау. Он, по старой привычке, крутил в руках золотую монетку. Род Дау был держателем монетного двора Некротии, обеспечивая хождение в стране единой валюты. Золотые, серебряные и медные некры выходили из нутра прессов монофактур, принадлежащих именно горной знати.

Лирий подметил, как Кир немного сторонился своей соседки княжны Агаты Юрон, подсев поближе к Зию Флорию.

Агата Юрон была, возможно, самой неординарной личностью. Если коротко, то её не любили абсолютно все. Начиная от других князей, что было вполне объяснимо, заканчивая своими подданными.

Даже сейчас она копалась пальцами во рту, пыталась, по-видимому, выловить и доесть остатки своего завтрака. Юрона надела на Собор опоясанное незатянутым коричневым корсетом, розовое платье непомерных размеров. Над толстым, больше похожем на свиное рыло, прыщавым лицом, возвышалось непонятное сооружение из копны рыжих волос и полевых цветов. Смело можно заявить, что флорист свил на её голове гнездо и решил спрятаться в нем от толстой хозяйки. Тот факт, что Агата правила самым нищим приморским княжеством не останавливало её от безудержных трат. Где-то в глубинах её декольте утонул рубин размером с кулак, повисший на золотой цепочке толщиною в большой палец.