– Треснувшая бомбарда будет потом расплавлена, чтобы хватило металла, – перебил ее Тейр громким голосом. Он широко раскрыл глаза, делая ей знак. Из замка вышел сеньор Ферранте. Он огляделся, увидел женщин, отмахнулся от отдающего честь офицера и начал спускаться в сад. Офицер последовал за ним и остановился на почтительном расстоянии, прислонившись к стене, выходившей на обрыв. Под мышкой Ферранте держал маленькую лохматую собачонку с выпуклыми карими глазами.

Тейр продолжал:

– Остальное мы восполним, расплавив новые чушки. Сеньор Ферранте дает нам для нашей работы все, что требуется.

Джулия было отпрянула от матери, но тут же увидела собачку.

– Пиппин! – закричала она. Собачка начала отчаянно вырываться. Ферранте почесал ее за ушами, чтобы успокоить, потом нагнулся и отпустил ее. Она кинулась к своей хозяйке, вспрыгнула с тявканьем на ее юбки, после чего начала бегать кругами по саду, но в конце концов вернулась на зов Джулии, которая подхватила своего любимца на руки и принялась осыпать поцелуями лохматую голову. Брюнетка сказала негодующе:

– Как можно, Джулия! Перестань целовать собаку.

– Я думала, он убьет бедненького Пиппина! – Яростный взгляд в сторону Ферранте не оставил сомнений в том, кто был этот «он». В ее глазах заблестели слезы.

– Я ведь сказал, что хочу взять его на несколько минут, – заметил Ферранте спокойным, даже ласковым тоном. – Вот он – целый и невредимый. Вы должны научиться доверять моему слову, мадонна Джулия, если мы хотим поладить.

Все три женщины взглянули на него с одинаковым отвращением, словно на сколопендру или скорпиона. Ферранте поморщился и переступил с ноги на ногу.

– Поладить? – холодно осведомилась герцогиня.

– Взвесьте выгоды! – Ферранте пожал плечами и добавил не менее холодно:

– Взвесьте невыгоды, если вы не пожелаете.

– Заключить сатанинскую сделку с убийцей моего мужа и господина? Никогда!

– Никогда – долгий срок. Жизнь продолжается. Вам надо позаботиться о ваших детях. Бесспорно, злополучная случайность нас всех удручила. Я никак ее не ожидал и сожалею, что вышел из себя, но меня нестерпимо оскорбили. Гнев – это грех мужчин!

– И вы все еще смеете предлагать, чтобы я обрекла Джулию на жизнь под подобной угрозой? – вспылила Летиция. – Чтобы она стала второй в моей семье жертвой вашего гнева? А как умерла ваша первая жена? Поистине вы безумны, сеньор.

Ферранте щелкнул зубами. Он изобразил улыбку и вынул кожаный мячик из узорчатой сумки на поясе.

– Вот, Джулия. – Он повернулся к девушке подчеркнуто смягчив голос. – Я принес вам мячик для… э… Пиппина. Почему бы вам не пройти с ним в другой конец сада и не проверить, будет ли он вам его приносить? Бьюсь об заклад, что будет.

Джулия неуверенно посмотрела на мать, которая скрестила взгляд с Ферранте.

– Да, любовь моя, – сухо согласилась Летиция. – Пойди поиграй.

Девочка неохотно опустила собачку на землю и пошла, раза два оглянувшись через плечо. Пиппин побежал за ней, радостно подпрыгивая.

– Ваша светлость? – Женщина в желтом подняла брови, кивнув в сторону Джулии.

– Останьтесь со мной, дама Пия, – сказала герцогиня. – Я хочу, чтобы следующее преступление этого человека было бы совершено при свидетеле, каким бы оно ни оказалось.

Ферранте досадливо возвел глаза к небу:

– Подумайте, Петиция! Что сделано, то сделано, и никто не может изменить прошлое. Вы должны думать не о прошлом, а о будущем. – Его рука сжалась в кулак, затем разжалась, и он опустил ладонь на кожаный верх сапога рядом с мечом. Тут его взгляд упал на Тейра, который стоял там, стараясь обрести невидимость.

– Иди работай, немец! – Ферранте резко махнул рукой, Тейр поклонился и отошел на наиболее близкое к ним место – к куче разбитых кирпичей. Присел перед ней на корточки и притворился, будто раскладывает их по величине. Ферранте хмуро обозрел рабочих, яму, незавершенный горн, затем подошел к Тейру и понизил голос.

– Что же, литейщик, когда будет готова моя пушка?

«Никогда, сукин ты сын!»

– Если я проработаю весь день, ваша милость, то к закату горн должен быть готов. Тогда его нужно будет обмазать глиной изнутри и дать время глине высохнуть, а потом ее обжечь.

– А сегодня же вечером это сделать можно?

– Можно-то можно, но обжигать ее еще сырой опасно, как бы не появились трещины.

– Хм! Все равно попробуй! – Ферранте быстро взглянул на солнце. Время, видимо и его припекало.