Шрифт:
Принесли воду, служанка влила немного ей в рот.
Она проглотила, ее глаза открылись. Дышать было тяжело. Она не хотела думать о его словах. О крови на ее руках, даже если она убивала их не лично.
— Прости, что расстроили тебя, — сказала Дофина. — Мы подумали, что тебе нужно знать.
— Когда ты не вернулась, — сказал Каэл, — мы подумали, что убийца выбрал новую жертву.
31
Библиотека
Домашний арест.
Изи замковый арест?
Сирене было все равно, ведь это в любом случае не давало ей уйти. Она застряла в красивых белых стенах Крисаны. Она была в белой тюрьме, хоть была так близко к свободе.
Они делали это для ее блага. Убийца проследовал за ними в Альбион. Ей нельзя было ходить одной, пока они не узнают, что происходит, но это не означало, что ей это нравилось.
Она уж точно не хотела застрять и бродить по бесконечно пустым залам замка. Если ей приходилось оставаться в Альбионе, она хотела хотя бы увидеть сады за подъемным мостом и океан. Она не увидела пляжи на западной стороне. Она могла мечтательно смотреть в окна, сколько хотела, но ее никуда не выпустят.
Мэлия вернулась и смогла пронести сумку Сирены в ее комнату. Алви знал пути по Крисане почти так же хорошо, как Нит Декус, и он провел ее в здание. Он не должен был находиться в Альбионе, так что решил остаться у друга в городе.
Стражи стояли у каждого входа и выхода, а еще через промежутки в замке, как было в Бьерне. Альбион был изолирован, и Сирена еще не поняла, как увидеть Рэю, не прося официально у Эдрика — она не видела его с той ночи в тронном зале. Он словно избегал ее, и она не винила его…хоть и скучала.
Без Эдрика и в плену она осталась в одиночестве на множество дней. Одним таким утром, через две недели после ее попытки сбежать из Альбиона, тихий звук в дверь отвлек ее от скуки. Она вскочила и спешно отперла дверь спальни.
На другой стороне стоял принц Каэл. Он будто только слез с лошади. От него пахло соленым воздухом. Он бесстрастно смотрел ан нее, скрестив руки, под рукой он сжимал хлыст для лошади.
— Ваше высочество, — сказала она.
Их разговоры были холодными и короткими, редкими. Когда он смотрел на нее, она видела, что он что — то затевал, но она сохраняла вежливость. Она понимала, что навредила ему, вырубив его тогда.
— Чем обязана такой радостью? — спросила она.
— Похоже, тебе временно даровали свободу.
— Они нашли убийцу?
— Я бы не был так оптимистичен, — сухо сказал он. — Тебе позволили посетить библиотеку.
— Библиотеку? — она о таком не просила.
— Ты не хочешь выйти?
— Хочу, — тут же сказал она. — Куда мне идти? Как туда попасть?
— Я тебя отведу, — сказал он.
Она поняла его мрачный вид. Он не хотел этого делать. Он не хотел быть рядом с ней. Вот оно что.
— Минутку, — Сирена поспешила в свою комнату. Она нанесла немного пудры, румян и схватила голубой шелковый плащ.
Каэл стоял в ее гостиной, хлыст свисал у его бока, когда она вернулась.
— Я готова.
Он посмотрел на ее пустые руки, а потом на лицо.
— В этот раз ты подсвечник не взяла?
Она сглотнула.
— Нет.
— Тогда мне это не понадобится.
Он махнул в воздухе, и ее глаза расширились.
Он подмигнул ей.
— Жаль.
— О, право слово, — рявкнула она. Ее щеки вспыхнули, она отвернулась. Он хоть о чем — то еще думал?
Тихий смех раздался за ней, она пыталась подавить улыбку.
— Ты смешная, — прошептал он, следуя за ней за дверь. Он шлепнул ее по попе.
— Каэл. Прекратите.
— Твое желание — закон, Компаньон.
Она заворчала под нос. Она пошла по коридорам Белого замка и выбралась на свет солнца. Все стражи в городе теперь знали, как она выглядит, и все смотрели на нее, напоминая, что она никуда не пойдет.
Две лошади были оседланы и ждали их. Сирена поспешила на вою лошадь, Каэл взял ту, что была рядом. Когда она подумала, что хуже плена уже не будет, шесть стражей на своих больших черных конях окружили ее и Каэла.
Да, идти по городу в окружении стражи было хуже.
— Итак, — начала Сирена, пока они неслись по Альбиону. — Почему вы сопровождаете меня?
— Если ты хочешь узнать, почему я, а не мой брат, то спроси у него, — сказал он, глядя вперед.
Она не знала, почему Эдрик не пришел к ней ни разу за время ее пребывания в замке. После того, как он вел себя в пути, она думала, что все изменится.
Но она была удивлена, что Каэл был здесь. После того, как она его вырубила, она думала, что он не захочет приближаться к ней.