Опять-таки не дрогнула, даже наоборот – осмелела. И ответила:

– Вы что-то путаете. Мне всего восемнадцать.

– Но девятнадцать лет назад ты уже была, – ничуть не смутился он.

Я не поняла, а демон…

– Очень маленький и очень желанный человек. – Когтистая лапа очертила контур круглого живота. В исполнении монстра жест выглядел неоднозначно, но сердце всё равно споткнулось.

Речь про Ламели и её беременность? И…

– Я была желанной? – спросила, сглатывая внезапный комок.

– О, да! – Демон мечтательно прикрыл глаза, а через миг расхохотался. Этот каркающий смех ударил по ушам, заставил почувствовать себя дурой, которая в долю секунды прониклась сентиментальностью, но я ничего не могла с собой поделать.

– Ты была желанной, – отсмеявшись, повторил он. – Слишком желанной. Настолько, что упрямая Ламели возомнила, будто сможет уберечь тебя от незавидной судьбы.

Я затаила дыхание, а серокожий…

– Мы «познакомились» с Ламели во время одной из охот. Она была в команде тех, кто гоняется за нами, а я пришел, чтобы подкрепиться. Ты знаешь, по какому принципу мы выбираем добычу, и я нашел то, что искал. Но потом увидел эту охотницу и понял – вот он, бриллиант. Самый чистый камень. Ингредиент, благодаря которому я достигну вершины силы. Я смогу стать сильнейшим правителем в истории нашего мира, и смогу лично, по собственному желанию, управлять порталами. Мои приближенные смогут посещать землю столько захотят, напитаются мощью, и тогда я сокрушу оба мира. Я стану по-настоящему Великим. Но твоя мать…

Когда мы встретились во второй раз, моя атака была направлена только на неё, но группа мою добычу отбила. Тогда я поступил хитрее – пришел, захватив с собой пару подручных, но Ламели снова ушла. У меня довольно примечательная внешность, и неудивительно, что Ламели меня узнала. В момент следующей встречи, она спросила, что мне от неё нужно, а я, знаешь ли, не люблю лгать.

– Вы… – сказать этому серокожему «ты» язык не повернулся, – признались, что хотите её съесть?

– Да. Признался. И она не удивилась, но задала разумный вопрос: «почему я?»

– И вы снова признались?

– Конечно, – демон хмыкнул. – Мне скрывать нечего. По крайней мере от вас.

– Что случилось дальше? – выдохнула я.

– Мне не хватило времени, портал открылся и забрал меня раньше, ну а в пятую встречу… Ламели оказалась беременна. Тут серокожий поджал губы, а голос прозвучал зло. Беременность молодой охотницы его точно разочаровала.

– Она сама ещё не знала, – продолжил монстр. – А я не мог нарушить табу и прикоснуться к беременной самке. Мне пришлось уйти, но прежде я описал Ламели, что ждёт тебя. Вам ведь кажется, что человек становится таким, какой он есть, благодаря воспитанию и жизненному опыту, но не всё так просто.

Самый большой и вкусный пласт личности закладывается сразу, и мы, конечно, можем его чуять. Так что я не лгал, рассказывая Ламели, что обязательно съем тебя, когда подрастёшь.

Я дрогнула. Перед глазами непроизвольно возник образ молодой охотницы, которая узнаёт, что беременна, а потом ей рассказывают, что сделают с её ребёнком. Даже меня накрыла паника, что уж говорить о ней?

– Твоё появление спутало мои планы, Лирайн, но успокаивало то, что ты не менее вкусная и полезная в плане дополненности. Второй бриллиант в коллекции – это неплохо, особенно если вот-вот получишь первый, но твоя мать…

Монстр тихо зашипел, а я вновь подняла кинжал, готовясь защищаться. Только серокожий нападать всё же не спешил…

– Твоя мать, решила, что умнее меня. Она затаилась, а потом спрятала тебя там, где мы не бываем. Среди людей, вдали от оживлённых городов, и подальше от Лескринса, в котором мы с нею и «встречались». Умный ход. Это лучше, чем отдать охотникам или спрятать в каком-нибудь напичканном охранными силами Дамарсе. Но слишком жестокий, тебе не кажется?

На последней фразе голос монстра изменился, в нём прозвучало не слишком искреннее сочувствие. Вопреки всему стало больно – всё равно больно от того, что меня отдали в приют.

– Не мне её судить, – сказала я.

Змеиные глаза монстра странно сверкнули, в них мелькнуло нечто похожее на удовольствие. Он даже кивнул, а потом вернулся к рассказу:

– Это гораздо лучше, чем прятать тебя у охотников… настолько хорошо, что я даже поверил в то, в чём меня убеждали – Ламели говорила, будто всё закончилось плохо, и тебя больше нет. О, как она при этом рыдала… Любой бы поверил. Вот и я верил, долгих пятнадцать земных лет. Впрочем, я забегаю вперёд.

Теперь сердце сошло с ума, а я, не выдержав, выдвинула свободный стул и села. По щекам покатились непрошенные слёзы, и пусть умом понимала, что горе доставляет демону удовольствие, унять эти слёзы я не могла.

– Хочешь платок? – неожиданно спросил монстр и резко качнулся вперёд, а я… мне почти удалось вскочить на ноги, прежде чем демон расхохотался.

Серoкожий был очень доволен этой идиотской шуткой. Настолько, что я едва сдержала порыв метнуть в него кинжал.

– Ладно, сперва закончим с Ламели, – оборвав собственный смех, сказал демон. – Она убедила всех, что ты погибла, а потом сделала самую мерзкую глупость – погибла сама. Я видел тот бой, и какое-то время казалось, что она подставилась нарочно, но сейчас понимаю, что во мне говорила досада. Ламели не нарочно, но от этого не менее обидно. Её даже не выпили! Она просто погибла в самой простой, самой банальной стычке. А я не успел прийти и забрать раньше. Просто не успел.