– А вы здесь… – не удержалась от вопроса я, только не договорила, потому что мать Нейсона перебила.

– Я здесь по делам, а вот ты…

Она намекающе замолчала, и пазл сошелся – меня действительно вызвали без причины. Просто дать Эвелин возможность взглянуть на ту, которая пусть случайно, но все же вытащила её сына из тюрьмы.

– Мы с куратором Фендалсом учились вместе, – подтверждая версию, сказала Эвелин. – И он не отказал мне в маленькой просьбе.

Тут Фендалс таки отвлёкся от «работы», сообразив, что маскировка бессмысленна.

– Только Нейсу не говори, – попросила Эвелин.

Я, помедлив, кивнула, а женщина снова заулыбалась. Смотрела так, словно в самом деле счастлива познакомиться, и это опять заставило покраснеть.

– Нейсон очень ценит тебя, Лирайн, и очень… – она запнулась, оборвав себя на полуслове. А мне почудилось, будто знаю, что именно должно было прозвучать.

Любит. Она хотела сказать, что Нейсон меня любит.

Вот только…

– Это не то, что вы…

– Я знаю о чём говорю, – рассмеялась Эвелин.

Да, мы точно говорили об одном и том же, и от этого мурашки побежали.

– Боюсь, всё сложнее, чем кажется, – я опустила глаза.

– А может как раз проще? – весело парировала Эвелин.

Куратор кашлянул, напоминая, что у разговора есть свидетели, только в сравнении с остальным, присутствие Фендалса не смущало.

– Кхм, – повторил куратор. Теперь Эвелин повернулась, чтобы взглянуть на него, и тот сказал:

– Вопросов по документам не имею.

– Кто бы сомневался.

Фендалс сдержанно улыбнулся, но было заметно, что они с Эвелин в хороших, может даже дружеских отношениях. Возможно поэтому он и заявил:

– Только ты учитывай, что теперь к Лирайн прилагаются родственники.

Эвелин удивилась безмерно! Спросила, обращаясь ко мне:

– Нашлась твоя семья? Серьёзно? О… я поздравляю!

Её неосведомлённость тоже удивила, но причину мне объяснили:

– Прости, с этой работой у меня совсем нет времени следить за новостями.

– А кем вы работаете?

– Я главный финансист сообщества, причём так совпало, что сейчас сразу две помощницы ушли в декрет, и я головы не поднимаю от бумаг.

Женщина развела руками, а Фендалс добавил:

– Новости о родственниках Лирайн всё равно пока не афишируются.

– А что так? – продолжила удивляться Эвелин.

– Мм-м… Имя Дайнарэ тебе о чём-нибудь говорит?

– А при чём тут она?

Эвелин замерла, а потом глаза округлились и лицо стало несчастным. Следом прозвучало:

– Бедный мой мальчик. Учитывая характер Дайнарэ, они обязательно сцепятся. Вот как пить дать!

Я невольно улыбнулась – если это всё, что волнует Эвелин, то я рада.

– Они уже сцепились, – сказала тихо.

– Как? – вздрогнула собеседница. – Когда?

Её неосведомлённость по-прежнему поражала, но выглядела дико забавной. Кажется, кое-кому нужно срочно найти новых помощниц, а лучше – помощников-мужчин, которые не уходят в декрет.

– В первый раз – на совещании у Туроса, – пояснила я. Второй – после охоты.

Эвелин поджала губы, а я не выдержала и разулыбалась.

– Ничего смешного, – буркнула красноволосая. – Ты просто не представляешь, насколько Дайнарэ упрямая. Мы сталкивались с ней по одному финансовому проекту, и я думала, что леди меня вот-вот загрызёт.

Составить представление о бабушке я уже успела, поэтому не удивилась и, разумеется, не расстроилась.

Да, в Дайнарэ чувствуется характер, но и Нейсон – не плюшевый медведь.

– Они уже помирились и почти подружились, – зачем-то призналась я.

Эвелин глянула неверяще, а потом расслабилась. Даже уточнила:

– То есть мой мальчик переупрямил стальную леди?

Стальная леди? Интересное прозвище.

– Да, – ответила я.

От этого «да» самой стало так хорошо, так спокойно. И это при том, что весь разговор казался сущей глупостью – ну к чему это всё? Ведь мы с Нейсоном… Впрочем, какая разница, что между нами ничего нет?

Эвелин тоже о чём-то размышляла, а в какой-то момент встала, подошла ко мне и, дождавшись, когда поднимусь на ноги, заключила в объятия.

– Я очень рада с тобой познакомиться, - прошептала она на ухо.