Нет, меня бы послушали, конечно: взрослые и даже здешние дети прекрасно понимают: сразу всего не бывает. Торопливость не ко времени не способствует выживанию в суровых условиях Шрама. Послушали бы… вот только на завтра эмоции потеряли прежнюю остроту. А мне, чтобы повлиять на традиционный уклад пусть даже в малом, замахнуться на такую ключевую для отвальных вещь, как торговля зельями, нужна вся возможная поддержка общества, какую оно мне мне способно дать. Поддержка вот этих вот людей. Что ж, если для поддержания искорки веры в чудо, сохранившейся у любого с детства, нужно немного больше усилий с моей стороны – значит, я их приложу.

– Воду для полива нужно немного нагреть, – я осёкся, вспоминая ёмкость здешних печей и поправился. – Пустькаждый дом нагреет по чугунку воды... но только чтобы не до горячей, рука должна терпеть!

Пока донесут – как раз остынет до нужной температуры, а холодная земля ещё отнимет тепла.

– Баюн, вы семена того, что на огороде растите, дома храните, или? Ясно. Пошли со мной, покажешь, где и какие на складе взять, пока воду готовят.

С семенами я слегка себе подыграл – слегка напитал Жизнью и выбрал те, что быстрее всего поглотили Стихию. Некоторые прямо у меня в руках начали лопаться и выбрасывать белёсые ростки. Чудно. С луковицами репчатого лука получилось и того проще – в них изначально сохранён большой запас питательных веществ с предыдущей вегетации, настолько большой, что зелёное перо на салаты можно выращивать, просто положив луковицы корнями в стакан с водой. Единственное, почему этого не делали зарубежники – слишком темно у них в домах было. Что ещё? Картофель? Нет, как-нибудь в другой раз, слишком много мороки. С корнеплодами вообще сложнее, им нужно массу плодовой части сформировать, так и почву в один присест истощить можно. Так, а это что?

– Так нарциссы, – под моим внимательным взглядом изобразивший “а чего такого-то?” сержант сначала отвёл глаза, а потом и вовсе едва заметно порозовел. – Ну… жена… цветы… за луковицами на болото лазил, чуть не утоп по молодости да глупости… до сих пор сажаем, хоть пару штук, с краешку.

Боже ж ты мой, какие, оказываются, бездны могут внезапно открыться во вроде бы хорошо давно знакомом человеке!

– Ладно, давай их сюда тоже. В конце концов, мы твоей достойной супруге огород разгромили…

“Не мы, а ты!” – так и читалось во взгляде Баюна, но он благоразумно промолчал. Даже сделал вид, что ничего такого не думал.

* * *

Чтобы начать работать с растениями, мне сначала пришлось выставить большую часть народа из теплицы вон – пока мы ходили туда-сюда, внутри успели побывать вообще все, кто мог. Как только свежие гряды не затоптали – загадка. Впрочем, посадку уже подготовленных семян пришлось прервать, чтобы ещё раз разогнать любопытных – в этот раз от крыши, которая возвышалась от земли всего лишь на метр с небольшим, и заглянуть внутрь через верх было без проблем. Заглянуть, ага, и загородить и так не великий свет. В итоге ключевские жители обступили первый в зарубежье огород с управляемым климатом широким кольцом на расстоянии шагов пяти-шести и явно настроились терпеливо ждать – сдаётся мне, я не только у Наташи сегодня работу сорвал. И отчаянно завидовали семейству сержанта, которых я в их собственный “зимний сад” не пустить не мог.

Может, так и лучше получилось – когда я начал делать борозды в земле, выкладывать зерна и прикапывать луковицы, зрители даже как-то слегка разочаровались: сами небось столько раз то же самое делали. Зато помогли, переливая воду из нанесённых чугунков в жестяную лейку – хорошо хоть догадался прихватить вместе с семенным материалом. И уж совсем их лица вытянулись, когда я начал ползать по оставленным узким дорожкам, раз за разом впечатывая ладони в грунт. А что делать? Магия только со стороны кажется простым и лёгким занятием. По щелчку пальцев ничего не происходит.

– Ах! – кажется, это выдохнули все баюновцы разом, когда я в первый раз отнял от земли руки… и за ними потянулись тонкие зелёные ростки. Потянулись… и остановились, раскрыв лишь по паре “взрослых” листьев, по которым можно было опознать высаженную культуру. Надо было таблички сделать, не додумался… Впрочем, вздохи восхищения быстро прекратились: я раз за разом повторял одно и то же действие, а теплица казалась крохотной только тогда, когда стоишь в ней в полный рост.

– А дальше что? – не выдержал наконец старший отпрыск… и немедленно огрёб от матери подзатыльник! Хороший такой – судя по лицу, женщина была не прочь отвесить леща главному возмутителю спокойствия, мне, но пришлось довольствоваться малым. Впрочем, жертва материнской агрессии, по-моему, удара даже не заметила.

– А дальше твоя родительница скажет, что сегодня хочет получить из зелени к столу, – улыбнулся я, распрямляясь и отряхивая руки. – И я доращу их до нужного размера.

– Укроп, петрушка и лук, – немедленно отреагировала мать семейства. И как завороженная стала наблюдать, как под моими руками выбранные мною ростки на глазах превращаются в небольшие, ярко-зелёные кустики. Похоже, она только теперь поверила, что затея удалась.

– Срывайте, – разрешил я, отходя в сторону. Процедура была проделана во мгновение ока и, держу пари, они даже не заметили, что зелень не везде равномерная, где-то бледнее, а где-то ярче. Плюс им даже в голову не пришло, почему я вырастил именно те растения, которые вырастил. А всё просто: теплица – сложный инженерный объект, сделать грубо говоря сарай с прозрачной крышей и без щелей – это самое простое. Вот добиться, чтобы система обогрева прогревала почву не только рядом с собой и при этом не варила заживо слишком близко расположенные корни – уже сложнее. Но и это только цветочки: дальше надо наладить полив и внесение удобрений, иначе почвы надолго не хватит. И как-то обеспечить тепловой баланс ужевоздуха под стеклом. И… да много чего “и”. Но важнее всего ведь именно первое впечатление, не так ли?