Опустив голову вниз, Блатт с удивлением увидел вылезший из его груди край какого-то острого камня! "Не понял?". Из горла вдруг хлестануло кровью. Руки онемели и Сосуд выпал, покатившись по земле. В ногах появилась непонятная слабость. Возникло ощущение, что только этот камень удерживает Кэвина от падения. Внезапно он исчез, и ощущение оказалось правдой, заставляя упасть на колени. С неожиданным трудом подняв голову, оборотень увидел девочку, измазанную с головы до ног кровью, которая держа в одной руке здоровенный обломок каменного меча, вышла откуда-то сбоку и встала перед ним.

Но не неожиданный удар, не боль и непонятная и невероятная слабость, нет, Кэвина, больше всего поразили ее глаза. Да, до этого он уже обращал внимание, что один был голубым, а другой серым. Заметил и появившийся ниоткуда шрам, когда швырял девочку на площадку. Сейчас же. Правый глаз был залит темнотой, в центре - яркий серебристый шарик. Также светился и вертикальный шрам через левый глаз. Но это было не главным! Сам глаз в ночной тьме превратился в исходящий темной дымкой провал, из которого на него смотрел вертикальный красный зрачок. Очень знакомый зрачок!

Понимание и осознание того, КТО стоит перед ним, прервала сама девочка, которая резко и без замаха, каким-то невероятно быстрым движением, воткнула свой обломок меча ему в грудь уже спереди, опрокидывая и прибивая к земле. Встала на живот ногами, оперлась на рукоять и окончательно вдавила этот каменный кусок до выступа, изображающего гарду. Все это время, Блатт непрерывно смотрел на глаз и его уже гаснущее сознание заполняло невероятное недоумение. Которое он и выразил, вместе с выплескивающейся из горла кровью:

– Ты же одна из НИХ, так... ПОЧЕМУ?!

И так не дождавшись ответа, провалился в жадно ожидающую его темноту.

Старые развалины. Эли

Осознал я себя уже на теле оборотня, сжимающем руки на обломке каменного меча, всаженном в его грудь. Мелькали смутные воспоминания о внезапно появившейся силе и рывке к врагу. Так же четко стоял перед глазами новый, всплывший эпизод из прошлой жизни. И опять, свершено непохожий на остальные. Однако все возникающие мысли и образы, перебивала здоровенная надпись от "интерфейса", пульсирующая красным цветом:

– "Активация темного источника первого уровня!"

И цифры, идущие с надписью рядом:

...

– "35"

– "34"

...

"Кайнэ!" - забилось в сознании. Увы, не разжать руки, ни двинуться с места, я не смог, несмотря на ощущение болезненно бурлящей и обжигающей внутренности Силы. Даже посмотреть на травницу не получалось, так как стоял к ней спиной. Однако пульсирующий зеленый огонек на карте "интерфейса" успокаивал. Она жива! Внезапно там начали загораться еще зеленные огоньки. Спереди. И я увидел стражников из замка, которые осторожно водя копьями по сторонам, входили в руины. Причем на их лицах, когда они смотрели на меня, читалось выражение ужаса. Среди них возвышалась высокая худая фигура, в которой я узнал Даниэля.

Как только пришло понимание, что я вижу мастера, внутри стал разворачиваться спутанный клубок мыслей и чувств, который я до этого успешно давил. Однако его по связи я почти не ощущал, такое впечатление, что между нами какая-то стена и эмоции разобрать было невозможно. Мастер выглядел странно и смотрел на меня с непонятным выражением лица.

Однако не успел я толком все это увидеть и осознать, как отсчет, мелькавший цифрами перед глазами, закончился, и все тело затопило ощущение какой-то невероятной мощи, пробившее меня от пяток до головы и ушедшее куда-то вверх. Боль при этом была просто невероятной. Может быть, я даже что-то кричал, не помню. Наконец, после вечности боли, кто-то сжалился надо мной, и я провалился в такую мягкую и невероятно приятную тьму.

...

Отряд всадников, изо всех сил подгоняя лошадей, скакал по ночной долине. Впереди всех, в черном доспехе без шлема, сверкающем серебристой сеточкой защиты, возвышался высокий и худой старик с белыми, развевающимися от скорости и ветра волосами. Поднятый вверх жезл, неестественным голубым светом разгонял ночную тьму, позволяя видеть все вокруг.

Вот впереди показалась группа деревьев окружающая жиденькой стенкой, какие-то развалины. Перед самими деревьями всадники спешились и, сняв копья с лошадей, практически трусцой поспешили за своим предводителем, который, невероятным для его возраста прыжком соскочил с лошади и широкими шагами направился вглубь. Открывшаяся перед всеми ними картина, ярко освещенная светом из жезла старика, поражала воображение и вызывала чувство ужаса.

В центре руин возвышался деревянный крест из обломанных деревянных брусьев, на котором висело обнаженное окровавленное женское тело. Все видимое пространство перед ним было залито кровью, стекшейся где-то даже в лужицы. Тут и там валялись куски тел. Прямо перед крестом на земле лежал тело, похожее на человеческое, с раскинутыми руками и подогнувшимися в неестественной позе ногами. А на нем...

На нем сжимая руками что-то, воткнутое в это тело, стояло оно. Небольшого размера Существо, покрытое кровью с головы до ног так, что даже невозможно было разглядеть одето или нет. Но главным были глаза. Не глаза, а темные провалы, вызывающие страх у любого, кто осмеливался в них взглянуть даже мельком. Неожиданно Существо подняло голову к верху и издало звук, от которого кровь у всех застыла в жилах и волосы зашевелились во всех нужных и не нужных местах.