Тьетэ пошел дальше, заложив руки за спину и глядя вперед, Кинт последовал за ним, так они и шли, молча до самых ворот, у которых стояли уже двое караульных, и один их них с хорошей фиолетовой шишкой на лбу.

– Хорошо, я помогу тебе, это будет стоить пятьдесят золотых кестов, просто на этот маршрут я давно не отправляю своих жандармов, только в случае персонального найма, а учитывая, что твой товар не поместится в багажные ящики в купе, то придется прицеплять к составу скорлупу…

– Это меня устраивает.

– Кому доставить груз?

– Оружейная лавка Ллодэ, ее все знают в Конинге, для господина Григо.

– А знаешь! – вдруг оживился Тьетэ, услышав имя Григо, – пожалуй, я сам отправлюсь в Конинг!

– Григо и Сэт будут рады вас видеть.

– Какого размера приготовить упаковку?

– Пожалуй… пожалуй вот такого, – Кинт сделал вперед два шага и показал руками высоту и ширину.

– Ого!

Кинт пожал плечами.

– Хорошо, пойдем, я познакомлю тебя с человеком, который теперь занимает твое место, обсудишь с ним детали.

Спустя час, Кинт уже складывал в большой ящик карабины, пистолеты и укупорки с патронами в компании с тремя жандармами господина Тьетэ, которые были, мягко говоря, удивлены количеством современного оружия. Все перекладывалось соломой и когда все, наконец-то было упаковано, за исключением нескольких «безделушек», Кинт положил внутрь сверток с кестами и забросал еще одним слоем соломы.

– Ну все, можно заколачивать и опечатывать, – сказал он вытирая пот со лба.

Двое со знанием дела заколотили крышку ящика, замазали края мастикой из жестяной банки и прокатали валиком, оставив оттиск печати.

Жандармы были молчаливы, рта никто не раскрыл, за исключением молодого парня, который, когда уже вчетвером перетащили ящик в моторный экипаж, попросил посмотреть картечник. Покрутил его в руках, а когда разобрался, что это дульнозарядное оружие, то интерес пропал, хотя отметил:

– В тесном месте, наверное, хорошо себя покажет.

– Да, неплохо, – лаконично ответил Кинт.

Экипаж, неистово чадя, уехал, а Кинт присел на коновязь у каретного сарая и закурил, вытирая платком шею и лицо. Толстуха Тали выглянула за дверь и крикнула:

– Господин Кинт, вы будете обедать с нами?

– Спасибо, но откажусь, еще много дел в городе.

Кинт вернулся в гостевую комнату, переоделся в более скромную одежду, опустошил графин с водой, достал из ранца пачки с кестами, одну распотрошил, пересыпав несколько монет себе в кошель, а распечатанную пачку вернул в ранец, остальные же пачки он закрыл в шляпную коробку и вышел.

Через час одноколейник остановился у ратуши, рядом с практически таким же двухколесным собратом, вымпел на штоке, прикрепленный к раме, говорил о принадлежности транспорта фельдъегерской императорской службе. Прихватив увесистую шляпную коробку, Кинт поднялся по ступеням ратуши и вошел в дверь, где его встретил улыбчивый парень, в начищенных туфлях и атласном костюме.

– Здравствуйте, – чуть поклонился он, – вы по какому делу?

– Я в управление имперского казначейства.

– По коридору, четвертая дверь направо.

– Благодарю, – ответил Кинт пошел вперед.

В управлении казначейства все было так же, как и в других подобных кабинетах во всех городах терратоса, разница лишь в количестве служащих, которых Кинт быстро перечитал, оказавшись в просторной комнате, их было пятнадцать. Все очень тесно сидели за близко поставленными столами и, зарывшись в бумаги, скрипели карандашами, вращали ручки счетных машин и снова делали записи в толстых тетрадях. У дальней стены стрекотал эфирный телеграф, полный мужчина внимательно читал ленту, убирал ее в конверт, а конверт подписывал карандашом и складывал в один из нескольких ящиков на полу. В стене напротив было два дверных проема, а меж ними окошко, как на почте, но забранное решеткой из толстых железных прутьев. У окошка никого не было, что удивительно, и Кинт подошел к нему.

– Добрый день! – как мог приветливо улыбнулся Кинт хмурому кассиру за решеткой.

– Вы с какой операцией?

– Я хочу разместить золото в имперских векселях, а также обменять немного на бумажные купюры, буду следовать веяниям прогресса!

– Верное решение! – обрадовался кассир и натянуто, но все же улыбнулся.

– Тысячу кестов поменяйте на купюры, остальное перепишите в векселя.

– Вашу гражданскую грамоту, пожалуйста…

– Простите, но я приехал с востока, и до нас это нововведение еще не докатилось.

– Тогда жетон, – кассир снисходительно посмотрел на провинциала.

– Пожалуйста, – Кинт положил на железную столешницу жетон на имя Дака Жако.

Кассир проворно заполнил несколько бланков, затем передал их Кинту.

– Впишите сумму которую вы желаете обратить в казначейские императорские купюры и распишитесь… Угу, можете передать мне кесты.

Кинт придавил бланки монетами в холщовом мешочке.

– Подождите, я пересчитаю, – кассир высыпал монеты в лоток и стал выставлять перед собой столбики по десять монет, через несколько минут огласив, – все верно, ровно тысяча кестов! За них вы получаете тысячу купюр, – он выложил на столик перетянутые бечевками две пачки, Кинт взял их и убрал во внутренний карман.