Кинт наконец сдвинулся с места, Маани взяла его под локоть и они прошли к открытой двери экипажа, который тут же тронулся с места, как только они забрались внутрь.

– Морес просил отвезти тебя в один ресторан на площади, будешь ждать его там, – Маани села на сиденье рядом с Кинтом и прижалась к нему плечом, – как поживает милая Сэт, как твой сын?

– Спасибо, все хорошо.

– Я очень рада, что у вас все хорошо закончилось.

– Как тебе сказать, этому тоже есть цена, из-за этого я здесь и снова служу терратосу.

– У тебя это получается лучше, чем у многих, – грустно улыбнулась Маани и подняла глаза на Кинта, – надеюсь, у тебя будет время, чтобы прийти к нам в гости?

– Хотелось бы, но не могу обещать… Как маленький Кинт?

– Он в курсантах имперского охранного корпуса, наставники хвалят его, говорят, что из него выйдет великолепный офицер.

Шторы на окнах были задвинуты, но Кинт услышал совсем близко полуденный бой часов на башне ратуши.

– А что Морес, у важного императорского чиновника не нашлось времени меня встретить? И вообще, если он сомневался, то почему послал тебя?

– Он и хотел лично тебя встречать, но утром заехал и сообщил, что его срочно вызвали в секретариат.

– Ты тоже служишь в секретариате?

– Да, с некоторых пор, особым курьером, – ответила Маани и наклонилась к окну, отодвинув штору и посмотрев на улицу, – все, приехали, вон то здание из желтого кирпича. Если тебе не придется сегодня же куда-то мчаться, то вечером жду на ужин, все будут рады тебя видеть.

Экипаж остановился, Кинт открыл дверь, вышел на улицу, взял Маани за тонкие пальцы и поцеловав руку ответил:

– Ничего не могу обещать.

– Иди уже, – она подала ему саквояж и трость, – но я надеюсь на встречу за ужином.

Кинт отошел на тротуар и тут же, его пихнул плечом спешащий куда-то прохожий. Звуки, шум и суета столицы ворвались в голову Кинта как несущийся экспресс. Постояв немного на тротуаре, привыкая к обстановке, от которой давно отвык, Кинт осмотрелся, затем дошел до ближайшего газетного киоска, где приобрел столичную газету и коробку сигар, и с риском быть задавленным снующими повозками и моторными экипажами, перебежал через дорогу.

– Ох и суетливо же здесь стало, – пробубнил он, достал сигару подкурил и стал прохаживаться по тротуару, затем подошел к скучающему вознице, – милейший, вы не против, если я заплачу вам за поездку, но поедем мы не сразу, нужно дождаться одного господина.

– Вы, уважаемый, сначала заплатите, – пожилой возница окинул взглядом Кинта, – приезжий?

– Раньше, когда здесь не было столько шума, я жил в Актуре.

– Наверное, это было давно, – усмехнулся возница, – тридцать кестов и сидите в салоне хоть до ночи!

– Медяков?

– Шутите, уважаемый? Серебром конечно!

– А так устроит? – Кинт достал из кармана бумажную купюру.

– Все равно, – возница хапнул купюру, достал из-под сиденья деревянную шкатулку и стал копошиться в ней отсчитывая сдачу.

– Не утруждайтесь, милейший, оставьте себе, разве что переставьте повозку на ту сторону дроги и встаньте там, – указал Кинт рукой.

– Благодарю, уважаемый, это я мигом, – возница спрятал обратно коробку и подобрал с колен вожжи.

Развернув газету, Кинт стал ждать, поглядывая поверх спины устроившегося подремать возницы. То, что что-то не в порядке, Кинт понял спустя час, когда заметил, что из ресторанчика никто не выходит и никто в него не заходит. Нет, полномочиями и властью Морес обладал достаточными, но не такими безграничными, чтобы закрыть ресторан и лишить хозяина прибыли, тем более в обеденное время.

Спустя еще немного времени из дверей ресторана наконец-то вышел крепкий мужчина, с армейской выправкой, в черном плаще и котелке – явно казенные. Осматриваясь по сторонам, мужчина раскурил трубку и прошел к дворнику, что мел мостовую на одном и том же месте битый час, перекинулся с ним парой фраз, пошел обратно к ресторану и скрылся за дверью.

И кого они ждут? Меня или Мореса, – подумал Кинт и пошевелил рукой, проверяя, как настроена система ремней, удерживающая на предплечье маленький двуствольный пистолет, серьезного армейского калибра. Затем, проверил, как легко срабатывает замок ножен трости и выбрался из повозки.

– Что, нет вашего приятеля? – выплыл из дремы возница.

– Да, что-то задерживается, я пройдусь, присмотрите за саквояжем.

– Угу…

Кинт медленно пошел по тротуару, за десяток шагов до дворника, он даже немного сдвинул на затылок шляпу, чтобы было видно его лицо, дворник несколько раз взглянул на него и продолжил изображать подметание улицы.