Так же говорилось, что на Руси полно свободной земли, а потому не будет больших проблем с местным населением, в то время как если спасаться на западе, то там с землей куда как все печальнее, да и хозяева дерут со своих сервов три шкуры.

Опять же царь русский женат на внучке польского короля, а значит их не станут притеснять по этническому признаку.

Потом и вовсе появились воззвания царицы Агафьи с призывом спасаться именно на Руси. Правда тем кто исповедует иную версию христианства, придется сменить, на более правильную, но… это ведь сущий пустяк для тех кто желает выжить, причем не только сам, но и чтобы выжили его дети.

Подспудно продвигалась мыслишка-вопрос, что раз именно православное царство отбилось от язычников, а католические королевства пали, то какая конфессия более правильная? Кому Господь явил свое благорасположение?

Потом пошли слухи, что захваченные кочевниками жители Польши выкупаются русским царем и отпускаются на свободу.

Ну а то, что это десятая доля, что изначально причиталась русскому царю, так о том никому знать не следует. К тому же он действительно дополнительно выкупал у монголов людей, за счет получаемой доли других трофеев. И монголы охотно продавали пленников не за дорого, тем более что девать их по большому счету некуда.

Все эти информационные крючки цепляли людей, опять же видя творящийся в округе ужас и желая спастись, они потоком хлынули на восток.

Оставалось только рассечь этот поток из десятков тысяч людей и распределить ровным слоем по всей Руси, рассовывая по две-три семьи в одну деревню в зависимости от размеров самой этой деревни, для максимально быстрой ассимиляции, не создавая каких-то национальных анклавов.

В следующем тысяча двести двадцать четвертом году появилась возможность увеличить размер Люблинского княжества за счет левобережной части Вислы ограниченной ее притоком Пилица, в итоге общая площадь, что удалось взять под свой контроль составила примерно пятнадцать процентов и если монголы продолжат в том же духе еще годик другой, то можно будет замахнуться еще на несколько областей доведя до двадцати, а то и тридцати процентов. На большее Юрий Всеволодович замахиваться не собирался, это бы переварить.

Зачем вообще захватывал землю ведь проблемы с ней все же ожидались не маленькие? Ну, земля лишней никогда не будет, особенно если провести грамотную политику по культурной, религиозной и политической ассимиляции.

Кроме того столкновение с западом все равно было не избежать и вести боевые действия лучше в буферной зоне. Тем более она такая удобная для этого. Там, где Висла мелкая и легко форсируется, полно горных участков, а ниже по течению река превращается в весьма надежную преграду. А если там еще провести дополнительные подготовительные мероприятия, ту же засечную линию возвести, то и вовсе станет непреодолимым рубежом.

Следующими, кто попал под раздачу монголов, стали чехи. Но ни в отличие от тех же венгров и поляков были уже не одиноки…

Для Папы Римского Гонория Третьего Пятый крестовый поход являлся идеей фикс. Он участвовал в его организации еще до того, как стал понтификом, а уж после того как как его избрали викарием Христа, развил бешеную деятельность и смог-таки собрать и отправить в поход самую крупную армию за всю историю Крестовых походов.

Беда в том, что большая армия не гарантировала победы ибо армия эта была собрана почти со всей Европы и как следствие имелась серьезная проблема с управляемостью. Ни о каком единоначалии не шло даже речи, никто не желал никому подчиняться почитая себя выше всех остальных. Кое как от полного развала спасало только усилия личного представителя Папы Римского — легата Пелагия, епископа Албанского. Под угрозой отлучения от церкви, он заставлял их действовать хоть сколько-нибудь в едином русле.

Но не помогло. В конце тысяча двести двадцать первого года с потерей Дамиетты случившейся по иронии судьбы во многом из-за самого легата Пелагия, что отверг предложение аюбидского султана аль-Камиля о восстановлении Иерусалимского королевства в обмен на возвращение Дамиетты, Пятый крестовый поход приказал долго жить…

Папа римский был в ярости и главным виновником провала он считал не кого-нибудь, а своего ученика — Фридриха Второго императора Священной римской империи, что всячески уклонялся от исполнения данного обета по участию в Крестовом походе.

В общем Пятый крестовый поход и дрязги с Фридрихом Вторым отнимали все силы и внимание Гонория Третьего от событий происходящих в окружающем мире, в частности от того, что творилось на Руси и северных землях, где все еще обитали нечестивые язычники.

Конечно, он регулярно получал доклады, но оставлял решение проблем до лучших времен, тем более ему казалось, что этих времен ждать не так уж долго, а значит все может потерпеть еще месяцок другой. Виной тому бодрые вести из Египта и Сирии. Из-за них у Гонория Третьего создавалось впечатление, что стоит только еще немного поднажать на сарацин и те будут окончательно повержены, а Святая Земля наконец перейдет под полную власть не менее Святого престола…