Мои колени упираются в матрас, когда я неспешно начинаю опускаться на твердый член Себастьяна. Действую в унисон со своей внутренней стриптизершей, я вращаю бедрами, наблюдая, как его веки прикрываются от удовольствия, в то время как влажная головка его члена подразнивает мою изнывающую киску. Затем я опускаюсь на него полностью.

Я двигаю бедрами так мучительно медленно, как мне хочется.

Пальцы Себастьяна сжимают мои бедра, расслабляя мое тело. Обхватывают мою грудь. Он медленно касается ладонями моих твердых сосков. И что бы быть еще глубже во мне, Себастьян приподнимается, напрягая торс. Присаживается. Обхватывает меня за талию своими мощными татуированными руками и зарывается носом в изгиб моей шеи, толкаясь в меня все глубже, заполняя меня.

— Джеймсон, — стонет он, поглаживая меня по спине, вколачиваясь в меня. — Джеймсон, Джеймсон.

Любит меня.

Это рай.

Это ад.

Это блаженство.

— Боже, как я люблю твои звуки, — стонет он. Стоны и толчки. Он гладит мои влажные волосы, в то время как его член ударяет в мою точку G. Его хриплое дыхание отражает мое. — В тебе так хорошо... так хорошо...черт... о-о... черт... я близко...Джеймс, детка, я сейчас кончу.

— О боже, да! Да! Я тоже, — чуть не рыдаю я. — Сильнее... да, oооо боже, боже, да, сильнее... о, боже! Прямо здесь, прямо здесь. Да!

Это громко, красиво и потно.

Это реально.

— Я больше не могу, Себастьян. Оставь меня в покое и принеси мне еды.

— Ну же, Джеймсон. Еще раз, прежде чем мы уйдем. Пожалуйста.

— Ты ненасытный, перестань умолять. Я создала монстра.

— Еще раз и я оставлю тебя в покое. Обещаю.

— Что за чушь. Ты уже говорил это дважды.

— Но в те два раза я не это имел в виду.

— Себастьян, мне нужно принять душ. И мне нужна еда, я голодна!

— Я могу придумать несколько вещей, чтобы удовлетворить твой аппетит.

— Фу.

— Ты не говорила «фу», когда отсасывала мне во время «Игры престолов».

— Во-первых, не мог бы ты не называть это «отсосать»? Я чувствую себя дешевкой. Во-вторых, ты обещал мне гамбургер от Малоуна.

— Уф, ладно.

— Эй, приятель, тебе повезло, что я все ещё здесь. Мы провели в постели, кажется, сотню богом забытых часов.

— Это плохо, что я начинаю находить это сексуальным, когда ты закатываешь глаза?

—Да, это немного странно.

— Каждый раз, когда я тебя вижу, мне хочется обкончаться.

— Странно, что я нахожу это ужасное, несколько унизительное предложение слегка эротичным?

— А я покажусь сильно долбанутым на голову, если скажу, что это не странно?

— Возможно.

— Тогда нет. Это не странно.

Глава 38.

«Я просто лайкнул кого-то,

зная, что я буду спорить с ней.

У нее был "тот взгляд" насчет неё.

Таким образом, на сегодня это мой жалкий

пятничный вечер».

Себастьян

Наблюдая за Джеймсон через переполненный зал, мне на ум сразу же приходят несколько вещей:

1. Я трахнул её четыре раза за последние двадцать четыре часа.

2. Четырежды.

3. Лучший секс в моей жизни — и, поверьте мне, у меня его было много.

4. Она такая же похотливая и развратная в постели, как и я. Спасибо. Боже.

5. Я питаю к ней серьезные чувства.

Самодовольная ухмылка появляется на моем лице, как будто я наткнулся на нетронутую золотую жилу, которую до меня не обнаруживала ни одна живая душа. Потому что никто, и я имею в виду никто, не посмотрит на Джеймсон и не заподозрит того, что я уже знаю: она прячет охренительное тело под этой консервативной одеждой. Чертовски фантастические сиськи. Круглую, подтянутую задницу. Плоский живот.

Тугую киску.

Быть внутри неё? Охренительное наслаждение.

Мужчины обходят ее стороной; они видят модные кардиганы и изящные туфли. Они видят скуку. Уравновешенность. Застегнутую на все пуговки ханжу с очень острым языком. Они предполагают, что она сексуально подавлена, слишком много работы для недостаточной отдачи.

Так думал и я.

Приятный бонус: больше Джеймсон Кларк для меня.

Каждый дюйм ее тела принадлежит мне.

В окружении своих почитателей возле кухни, маленькая лисичка отрывает взгляд от разговора, и я наблюдаю, как она скользит своими экзотическими голубыми глазами вверх и вниз по моему телу, раздевая меня глазами. Её рот изгибается в понимающей ухмылке Она ухмыляется над своим красной пивным стаканчиком.