— А… что? Ой, извини, задумалась. Да, конечно. Правда, если про сейчас, то там все плохо. Но после будет очень хорошо.

— Вот теперь уже я не поняла.

Собеседница неожиданно успокоилась и вдруг мечтательно улыбнулась.

— Понимаешь, там я, девочка из детдома и без родителей. И пока детство у меня… не очень. Да и жизнь, похоже, будет без особых радостей, короткой и тусклой, хотя и довольно бурной. Но это не главное. Я тут смогла немного «заглянуть» в начало следующей. И уже вся в нетерпении. Вот там, так будет наворочено и необычно, это нечто с чем-то! Искусственное тело, неразделенная любовь, а уж какие ожидают испытания…

Странная она какая-то. Радоваться такому! Тем временем, постояв с предвкушением на лице, Регна, встряхнулась и серьезно на меня посмотрела.

— И все равно мне тревожно. Плохо, что вытащить кого-нибудь из ребят сейчас уже явно не получиться, да и время похоже на исходе. Единственное, чем могу поддержать, это дать тебе свою матрицу.

Тут девочка неожиданно смутилась и даже слегка покраснела.

— Только понимаешь, я была же первой, и опыта у Мастера еще не было. Можно сказать, именно на мне он и тренировался. Поэтому я умею все и одновременно почти ничего. Так, понемногу. И прости заранее, там будут такие вещи… Ну… которые не имеют отношения к нам, как к Химерам.

Тут она покраснела еще сильнее. М-да. Вот зачем так возбуждать любопытство?

— Ничего страшного. Я разберусь. И незачем извиняться!

Поколебавшись, Регна решилась и осторожно взяла меня за руку. В этот раз боль была не сильной, даже получалось почти не дергаться, но длилась гораздо дольше. Наконец, все закончилось. Девочка встала напротив, еще раз внимательно посмотрела и с видимой тревогой, слегка запинаясь, сказала:

— Э-эли, будь осторожнее, хорошо? И береги Мастера. Мы его, конечно, очень сильно ждем, но только когда действительно придет время. Хорошо?

— Хорошо.

— Ладно, чувствую мне пора. Увидимся.

— Конечно, давай, удачи!

Неожиданно из меня, на последнем слове, в сторону уже почти растворившейся тени будто выплеснулось что-то. Легкий, полный изумления, вскрик и я окончательно остался один. Интересно, и что это было?

Так и не решив, побрел в тумане, особо не выбирая направление, ожидая, что сейчас опять провалюсь в темноту, но вместо этого, взял и… проснулся.

Эли в постели

Странно как-то все вышло. Непонятное липкое «нечто», пытающееся нам помешать и довольно сумбурный разговор. Что, вообще, происходит? Покатав в мыслях происходившее во сне, так и не пришел к какому-то выводу. Посмотрел на сопящую рядом Кайнэ. Ладно, может, скоро все прояснится, если и нет, ну и боги с ним. Лучшее, что я сейчас могу сделать, это продолжить наслаждаться текущим моментом!

И отбросив все неприятные мысли, я опять окунулся с головой в мою любимую «мягкость» и, устроившись поудобнее, тихо уплыл в приятное «ничто».

Элинэ Сатинэль Люцифиано. Дорога к замку Люциф

Все когда-нибудь заканчивается. И наша поездка в том числе. Опять я нахожусь в карете. И уже не мальчик-кукла. Даже немного непривычно, в платье-то. Да, оно такое красивое, розовое со вставками белого цвета. Так же как туфельки и гольфы с узором. И, банты, которые мне с утра заплела Кайнэ, тоже неплохо в зеркале смотрелись. Но ощущение «неправильности» пока сохранялось. Все-таки в этом восточном костюме, мне было гораздо комфортнее, так как он полностью соответствовал моему внутреннему я. А теперь опять придется носить платья. Но ничего. Есть еще комбинезоны для прогулок на природе, да и костюм никуда не исчез, а просто убран, причем в мои вещи. Можно будет изредка надевать.

Даниэль с Кайнэ сидят напротив меня. Кстати, что интересно, спокойный и прямо дышащий удовлетворением по связи папа (и как у него голова не болит, после вчерашнего-то?), резко контрастирует со смущенной и пылающей пунцовыми щеками травницей. Может, дело было в том, что Даниэль был в своем настоящем облике или в том, что он держал ее за руку? Не знаю. В любом случае, смущаться было явно поздно. И моя ехидная улыбка тут, ну совершенно не причем, верно? Кстати, проблему Кайнэ с постоянными кровотечениями из носа, настоятель решил. Что уж он там сделал, поводя руками над головой девушки, осталось непонятным, но, тем не менее, пообещал, что больше такого не будет. Ну и хорошо.

Стражники, едущие на лошадях спереди и сзади кареты, похоже, тоже оттянулись по полной программе. И, судя по эмоциям, даже жалели о возвращении. И головка-то у них в отличие от папы была «бо-бо». Только Игорь ощущался нормально, хотя и слегка нервничал. Как я понял, вчера из замка должен был приехать посыльный с новостями, однако, почему-то так и не появился. Хотя, что он мог бы рассказать такого интересного, непонятно. Мы же отсутствовали совсем недолго.

Я тоже волновался. Ведь попадаем домой уже после обеда. И останутся ли у Марты к этому времени пирожки, не известно. Может быть, придется ждать ужина. А я ведь даже наедаться плотно за завтраком не стал, при молчаливом согласии сестренки, чтобы побольше места сохранилось, и уже предвкушал эпическую баталию со свежеиспеченным и румяным войском. Сати тоже была в нетерпении, но по другому поводу. И зря. Ну не дам я прыгать с башен и тем более с крыши донжона вниз. Нечего таким образом эксплуатировать мои крылья. Вот когда полностью восстановятся, все может быть. Но не раньше!