В дверях дома, стоял мужчина. Она посмотрела на него и почувствовала, как земля уходит из-под ног. Мир подёрнулся рябью, не осталось ничего, кроме его глаз, смотревших на неё с нежностью и лаской. Воздух, стал, словно патока, и ни в какую не хотел пролезать в горло. Даян всхлипнула и провалилась во тьму…

Разбудили её голоса детей:

— Как она?! — Спрашивал сын.

— Вроде нормально. — Отвечала дочь. — Показатели стабильны, есть некоторые нестыковки, но, я думаю, это последствия стресса.

— Женя! — сказала Лиара. — От такого и умереть можно, может быть, стоило как-то подготовить мамочку?

— Как к такому подготовишь, Ли? Ты не видела Тамэ, когда он вернулся! — Ответила Женя.

— Аиттани, а с бабушкой всё в порядке? — спросила Таис.

— Вроде да, придёт в себя — спросим. — Сказала дочь.

Женщина чувствовала, что лежит в чьих-то руках. Чьё-то тепло согревает её тело и под ухом, слышится биение сердца в груди. Она, глубоко вдохнула, втянув носом воздух, пропитанный запахом того, кого она давно похоронила, но так и не смогла забыть и даже не пыталась найти замену. Он был всем в её жизни, другом, мужем, любовником, командиром. Он был смыслом её жизни, её единственным и неповторимым мужчиной.

— Barb? I know you can hear me. [311] — Прошептал голос, от которого у неё всё зазвенело внутри и сердце забилось так, что почти заглушило звуки вокруг. Она открыла глаза и столкнулась со взглядом небесно голубых глаз, смотревших на неё с любовью и тревогой. — What’re you up? [312]

— Jollier?! [313] — прошептала она, вглядываясь в черты любимого лица. — You're alive! How is that possible? [314]

— It’s a miracle of god, Barb. I’ll tell you later. [315] — Ответил он.

— Mischenka!.. — простонала она и разрыдалась, уткнувшись ему в грудь.

Алана Трапсо (Борт яхты «Золотая лань» 29 июня 2396 г. Поздний вечер.)

Она сидела в кают-компании одна, сидела и пила эрг, сваренный турианцем, братом Жени. Позади длинный день, наполненный рассказами и разговорами. Позади печаль и радость от встречи с той, которую она давно похоронила в душе и не верила, что когда-нибудь встретит. Энае увела Таис спать, в их двухместную каюту. Ушли Михаил и Даян Шепарды, причём женщина не отпускала воскресшего мужа, буквально держась за его руку. Ушёл Таамил, пожелав ей спокойной ночи, все ушли, лишь она осталась с кружкой уже почти остывшего напитка.

В её мыслях и чувствах был сумбур. Доверяя предчувствиям, Алана тормозила развитие отношений с Лиарой и сейчас понимала, что тому, что зародилось ещё недавно, пришёл конец. А жить рядом, рядом с теми к кому так рвалось сердце, с теми, с кем Алана готова была разделить Вечность и судьбу сейчас не получится. Общество не позволит им этого, а жить рядом понимая, что тебе ничего не светит, худшая из пыток. Но и улететь она не могла, оторвать дочь от сестры, разделить сейчас Энае и Таис, почти невозможно. Такое развитие событий нанесёт обеим девочкам такую душевную травму, что может повредить уже отношению к ней самой Эни. Терять доверие и расположение дочери категорически не хотелось.

Решения не было и дева терялась в собственных предчувствиях, заглядывать в будущее было откровенно страшно. Что она увидит там, одиночество, расставание с любимыми и друзьями, что?! Ответа не было, как не было уверенности в завтрашнем дне. Али включила носимый псионический щит и отгородилась от всего мира, пытаясь в тишине и одиночестве, решить, как же поступить.

Из размышлений её вырвало ощущение, что на неё смотрят. Смотрят внимательным, но при этом необычайно тёплым взглядом. Азари огляделась и увидела стоявшую в проёме дверей Женю. Шепард, ухмыльнулась и подошла к ней вплотную. Присела и Алана даже не успела среагировать, как человек потянувшись, отключила ей пси-щит.

— Не стоит рядом со мною его включать. — Сказала Шепард.

— Мне нужно подумать в тишине. — Сказала азари.

— О чём, если не секрет?

— О том, как мне жить дальше. О том, что же мне сейчас делать… — Прошептала Алана, чувствуя, что от присутствия рядом Жени её самообладание рассыпалось прахом, из глаз сами собой текут слёзы.

Человечка ухмыльнулась, и Али даже не успев среагировать, оказалась у неё на руках. — Идём-ка, поговорим по душам, Фиалка моя.

— О чём?!

— Решим, как нам жить дальше. — И Шепард быстрым шагом пошла в каюту, которую ещё недавно занимала сама Алана, правда, за компанию с Ли.

Каюта встретила слабым светом бра, светившей со стены. Две кровати, раньше стоявшие у стен, были скреплены в одну, став довольно большой, почти трёхспальной кроватью на которой, в тонком шёлковом пеньюаре, подогнув под себя ноги, сидела Лиара. Женя подошла к койке и опустила на неё Али. Выпрямилась и тихо сказала: — Семейный совет объявляется открытым. — Отошла к столу, после чего, стянула с себя уник, оставшись в одних тонких плавках, из какой-то странной ткани. Всё её тело, а сейчас Алана видела его отчётливо. Было покрыто муаром заживших шрамов и было их столько, что азари содрогнулась.