Священник подумал и согласился со мной полностью, о чём высказался в первой же после разговора проповеди.

Из раздумий меня вырвало шипение входных дверей за спиной. Тихие, лёгкие шаги, яркие, словно вспышка света эмоции сзади, забор чуть дрогнул и рядом со мной, на него уселась Таис. Посмотрела на меня, своими искрящимися радостью, малахитовыми глазами и тихо сказала: — Аиттани, а когда в Гагарин полетим?

— А в школу ты не собираешься? — Спросила я.

— Не-е-е! — Ответила малявка прижавшись ко мне. — Меня Риэн отпустила на сегодня. Я ведь знаю, куда вы с мамочкой и Али собираетесь, так что отпросилась.

Я рассмеялась, поцеловав и прижав ребёнка к себе. — Эни тоже отпросилась?

— А-то как же, только у неё занятия с полудня начинаются, так что она, наверное, не опоздает. — Отвечает Тая. — Но, папочка, когда полетим?

— Вот сейчас, завтрак закончится и сразу же. — Отвечаю я.

Из дома напротив, вышел отец, потянулся, хрустнув суставами, посмотрел на нас и улыбнулся. — С добрым утром, девочки мои.

— С добрым утром, деда! — крикнула дочка. Отцепилась от меня и моментом переместилась на руки к отцу. — Деда! А мы скоро полетим в Гагарин.

— А зачем? — Лучась улыбкой, спросил папка.

— Аиттани, хочет, чтобы доктора в репмпродук… репроку… репр… — Начала та.

— В репродуктивном? — Спросил Михаил.

— Во! Именно там! Так вот, там в этом репроду… ну, в общем, в центре. Положат мою сестрёнку в животик аиттани, чтобы она там выросла и родилась. Вот! — Отвечает Тая.

Папка глянул на меня, глаза его смеялись: — Значит, ты решилась?

— Так давно уже, пап. Сейчас просто время пришло. У моих половинок уже три месяца, так что если всё пройдёт штатно, то наши дочери родятся примерно в одно время. — Отвечаю я.

— И кого ты выбрала донором? — Спросил он.

— Я особо не выбирала, пусть компьютер центра подберёт. Задала лишь параметры отбора: Светлокожий, светлоглазый и светловолосый и КИ не меньше 150 и всё.

— Ну, тогда там выбор весьма богат. — Сказал он.

— Положимся на волю случая. — Говорю я, но, сама чуток мандражирую. Дочка это чувствует и что-то шепчет отцу на ушко. Тот смеётся, так же тихо отвечая ей.

Снова шипят двери за спиной и меня просто обволакивают чувства ещё троих, очень мною любимых существ в этом мире. Через миг, к ним присоединяется четвёртый, он подбежал и начал тереться об ноги, чуть не роняя меня. Чешу своего кота за ушами, он мурлыкает и, перемахнув оба забора, ластится к отцу.

— А давай-ка я вас отвезу. — Говорит тот, и вместе с Тасей уходит во двор своего дома.

Гагарин встретил нас мелким моросящим дождём и стоящими у входа в центр Сини и Артуром. Дочка сегодня ночевала у Джарвисов на ферме, там, у сестры Артура был день рождения, который и отмечали большим и дружным семейством, в которое уже почти вошла и Сини, по крайней мере, её приняли со всем радушием и любовью. Эх, скоро породнюсь с ещё одним турианским семейством, только вот из клана Саввар, мало того через них и с семейкой Хартманов.

Вот так и плетутся в Иерархии паутины родственных связей, стягивая турианское государство и общество, сетями семейных уз. И поэтому оно, гораздо устойчивее, чем тот же Альянс. В какой-то мере все турианцы родственники друг другу, а семья у гребешков это абсолютно святое.

— А где остальные? — Спросила я дочь, обняв и прижав её к себе. После чего к ней на руки тут же забралась Таис и начала ластится к старшей и очень любимой сестрёнке. Сини принимая ласку от сестры, ответила мне:

— Так, мам, Ты же знаешь Анни, она же полуночница, мало того постоянно подбивает на ночные бдения Лили и этого их приятеля Джаммаля. Так что, наверное, опять проспали… — Улыбнувшись, ответила дочка. — О, а вон и Алиска.

С гудением приземлился байк с которого слезла Алиса. Подошла и обняла меня, поздоровавшись со всеми остальными. — Я не опоздала? — Спросила она.

Я покачала головой.

— Отлично. — Обрадовалась дочка и обернулась на свист летящего летуна. Это было такси, из которого выскочили Лилия и Анни. Напряжённо посмотрели на нас:

— Не бойтесь, вы не опоздали! — крикнула им с рук Сини, Таис.

Обе обрадовано улыбнулись на это.

После вошли в центр, где я моментально оказалась в цепких лапках местной заведующей. Чернокожая красавица, в белоснежном унике с круглым личиком, пухлыми губками и задорно вздёрнутым носиком. Лучезарно улыбнулась мне и, ухватив под руку, повлекла за собой. Всех остальных, забрала батарианка медсестра. Родичи будут наблюдать за процессом на экране.

Иду вслед за красавицей с именем Мбанэ. Моей одноклассницей, ветераном жатвы, прошедшей, как и я, всю войну от начала и штурм Лондона в том числе. Похоронившей на этой войне своего мужа и отца.

Роберт Олонга, был учёным планетологом. Адаптировавшим земные растения к местным условиям. Лучший друг фермеров, так его называли когда-то. И этот чернокожий умница, из первоколонистов, автор пяти десятков мощных научных трудов и нескольких тысяч авторских свидетельств. Погиб, защищая ставший родным мир, сражаясь в первых рядах. Муж же её, Алексей Чуцкой, будучи пилотом «Серафима» сгорел в последний день жатвы, над Землёй, от него даже ничего не нашли, так как обломки развалившегося истребителя сгорели в атмосфере.